От всех венцов — одна докука нам:
Ведь ум слабеет, сжат со всех сторон.
Венцов не надо нашим головам,
Как и самим султанам — их корон!
Какое имеет значение, царит на земле зло или добро? Когда султан посылает корабль в Египет, разве он заботится о том, хорошо или худо корабельным крысам?
Имам, великий ученый, султан мутакаллимов своего времени, муфассир, мутакаллим, имам своего времени по рациональным наукам и один из имамов в шариатских науках. Один из тех, кого Всевышний послал в конце шестого столетия для обновления религии.
Этому султану Сулейману двадцать шесть лет, он не лишён и здравого смысла; следует опасаться, что он будет действовать так же, как его отец.
Мне советовали приближенные напасть на султана Селима ночью, но это было неприемлемо для моего достоинства.
Утром в мечети св. Софии мне показывали на стене следы кровавой пятерни султана, залившего христианской кровью этот величайший из православных храмов в день взятия Константинополя. Перебив молящихся, искавших там убежища, он вытер руку о колонну, и этот кровавый след показывается там до сих пор.
Он был сиротой и вырос в бедности под опекой своей матери, но получил воспитание, которое даже султаны не могли дать своим детям. Я никогда не слышал от него пустословия. Он говорил лишь то, что нужно было его собеседнику, и то, в чем тот нуждался. Я никогда не видел, чтобы он громко смеялся. Когда он говорил о последней жизни, все вокруг плакали.
Великий ученый, султан мутакаллимов своего времени, муфассир и мутакаллим, имам своего времени по рациональным наукам. Один из имамов по шариатским наукам, автор известных книг и обладатель великих вышеперечисленных достоинств, родился в месяце Рамадан 544 году (в другой версии 543 году). В начале учился у своего отца Зияуддина Умара, а он был из учеников имама аль-Багъави. Затем он учился у Камаля ас-Самнани и Али аль-Маджд аль-Джалили, последователя Мухаммада ибн Яхьи ан-Найсабури. Он изучил много наук, став выдающимся в них, выдвинувшимся вперед и ставшим главой. К нему ходили ученики с разных стран, и он составил книги по разным наукам…
Я сам и хан, и султан!
Султан страны любви — и я во времени моем, визирь мой — грусть, тоска — сидит по обе стороны мои…
Еще перед войной мы заметили: политика азиатских стран начинает меняться. Казалось, у некой пружины, приводившей в движение весь механизм, иссяк завод — и вот в игру вступили новые мотивы. Во времена наших отцов Восток, особенно Ближний Восток, все, что лежит по эту сторону Афганской границы, был постижим логически, более или менее однороден — и весьма прост. Персия, Турция, Египет и иже с ними были странами с давней традицией государственности, управляемыми султанами или князьями: права владык никто не подвергал сомнению, власть почиталась священной от Бога, законодательство же опиралось на диктат государственной религии. Подданные этих государств в первую очередь делились на мусульман, христиан и язычников. И только потом, коли была особая необходимость, они осознавали себя турками или арабами, однако в этом вопросе у них самих не было окончательной уверенности: главную роль играла вера…
В то время как я к войне совершенно не был готов, те, кто окружали меня, старались стравить меня с соседями, особенно с султаном Селимом; направляли ему от моего имени оскорбительные письма и «подарки.»
Имам Фахруддин… факих ?шафиитского мазхаба, автор известный книг. Он родился в 543 ?г. Со всеми его достоинствами у него был дар в ?проповедничестве на арабском и не арабском языках, ?который захватывал чувства и вызывал плач. Он был ?единственным человеком в рациональных науках и в науке об ?основах веры. Он был учеником аль-Камаль ас-Самнани, затем вернулся в местность ар-Рай к аль-?Маджд аль–Джили и учился у них обоих. ?Он путешествовал в Хорезм и Мавараннахр. Произошли ?те смуты, о которых я рассказал. Затем примкнул к ?Шихабуддину аль-Гъаври Королю Газни и получил у него ?огромное имущество. Далее был уважаемым человеком возле ?Султана Хорезма Шах ибн Такаш. Многие начали к нему ездить. ?К нему ходил Ибн Анин и восхвалил его в своих стихах…