Хотя и близкое к закату, солнце всё-таки мешает цветку, — заметил Иванов.
Для меня любовь — двигатель всего. Любовь в самом широком смысле. Не только к женщине. К другу, к незнакомцу, к дереву, к тем, кто страдает из-за бесчеловечного неравенства, к закату и шторму… В общем, к жизни. Но во всех этих вещах, в конце концов, я вижу Женщину… даже в шторме. Вот кого я не люблю — комаров. К ним я испытываю чувство, похожее на ненависть. Они меня кусают, а у меня аллергия.
ГЕРМАНЕЦ: Страх не связан ни с чем.
Он как волна от изменений.
Мы просто все
неправильно
распознаем сигнал.Твои глаза.
Первые месяцы новорожденного
мозг учится видеть.
Учит цвета,
понимает, как корректировать сумерки,
освещение,
чтобы ты знал,
что на закате лошадь не красная,
но бела,
просто свет – красен.Мозг учится распознавать
сигналы
с сетчатки.А вот от сердца сигналов
мы так и не обучаемся
понимать.Страх, Марций, просто сигнал
о необходимости изменений.
Мы разучились разглядывать скомканные пролетающими самолетами облака. Мы стали заложниками эгоцентричных теорий, умных слов, описывающих чужой опыт, идей, выдающих общее равнодушие, бесцветных реалий повседневности. Мы больше не всматриваемся в закаты, нам интереснее рекламное предложение в журнале. Надо бы чаще заглядывать в себя. Для этого не нужно денег или особых условий. Все очень просто. Остановиться и аккуратно заглянуть внутрь, где тихое сердце уже отчаялось нас звать… Но нам проще оправдывать свое неумение жить занятостью. Я и сам такой.
Иногда при закате солнца видишь что-нибудь необыкновенное, чему не веришь потом, когда это же самое видишь на картине.
Замечательна формула Искандера — вера в Бога вроде музыкального слуха. Она не имеет отношения ни к морали, ни к интеллекту. Это просто такая особенность мировоззрения. Одни, глядя на закат, видят светило, вокруг которого мы вращаемся, а другие, глядя на закат, испытывают какие-то поэтические эмоции. Одно другому совершенно не мешает.
Но уж позвольте мне посочувствовать тому человеку, который слыша музыку, слышит набор звуков, не более того.
Вопрос: а как же спасение, принесенное Мессией — только для музыкально одаренных?
Ответ: Боюсь, что да. Но можно научиться слышать музыку. Спасения нет для того, кто не хочет спасаться.
Восходы, закаты. Все и не злы и не рады.
Вряд ли возможно постичь российский менталитет без осознания дуалистической сущности казачества: это «четвертое колено» русского народа было одновременно и слугой, и соперником царизма. Наверное, столь уникальная ситуация в принципе не могла окончиться добром ни для одной из сторон. Конец самодержавия означал бы конец казачества. После распада Орды и раздела Польши оно не служило никому, кроме царизма, с которым постоянно конфликтовало. Но и закат вольницы неизбежно должен был обернуться закатом российской монархии. Де-факто те и другие хозяева России находились друг друга в заложниках.
Большинство из нас не получат призов, не достигнут славы, не станут экономически или политически могущественными. Но большинство из нас смогут наслаждаться закатом, свежестью дождя, звёздной ночью, пением птиц… Эти вещи в мире есть в изобилии и находятся в нашем полном распоряжении.
Зарево охватило треть неба, блестит в церковном кресте и в стёклах господского дома, отсвечивает в реке и в лужах, дрожит на деревьях; далеко-далеко на фоне зари летит куда-то ночевать стая диких уток… И подпасок, гонящий коров, и землемер, едущий в бричке через плотину, и гуляющие господа — все глядят на закат и все до одного находят, что он страшно красив, но никто не знает и не скажет, в чем тут красота.
Мыслители и те молчок
О том, что будет после ада..
Меланхоличней нет заката.
Ты мне – Цветаевский крючок.Тебя глазами то и дело
Ищу. И мысли там мои.
Без них я лишь сосуд, увы,
Пустое, тлеющее тело.
Моя философия — встречать закат с другом; мои принципы — встречать рассвет в одиночестве; моё творчество — проводить день с врагами.
Верные любовники все равно что закаты и восходы солнца — явление, о котором много пишут и говорят, но редко наблюдают воочию.
Вижу снова простор голубой,
Над беседкою тихий закат.
Мы совсем захмелели с тобой,
Мы забыли дорогу назад. Было счастье — и кончилось вдруг!..
В путь обратный пора нам грести,
Только лотос разросся вокруг,
Всюду лотос на нашем пути. Мы на весла
Дружней налегли,
Мы гребем,
Выбиваясь из сил… И в смятении чайки вдали
Улетают с песчаной косы.
Объездив 53 страны, где я только не была, я могу честно сказать, что в штате Калифорния действительно самые красивые закаты, которые словно переносят тебя в другой мир.
Чем ярче был закат, тем неохотей открывать глаза на пустоту с рассветом
А кто продюсер этого заката?
Приступ летней тоски неотвратим. Ее невозможно сравнить с осенней хандрой или зимней депрессией. Нет. Летняя тоска сродни апофеозу, финальному аккорду, который стремился к разрешению долгие месяцы, дни и часы, и вот наконец грянул, рванул и… застыл, сраженный собственным величием, всеми этими придыханиями, сопутствующими началу лета, мареву, алым закатам там, за темными силуэтами новостроек, удушливому ветру и ветру, несущему прохладу и умиротворение.
Лето. Оно вот. Буквально уже. Уже виден край его, пока еще там, вдалеке, брезжит небрежно подшитый подол ситцевого платья, выгоревшего, стиранного не раз, впитавшего жар, воздух, тополиный пух, сладкие капли плодов абрикоса, едкий вишневый сок, — трепещет на ветру, прощаясь, отважно встречая первые капли холодного дождя и пронизывающего ветра.
После дождя мне нравится смотреть на закат, огромный закат со множеством оттенков — кажется, там, за закатом, я живу по-настоящему, а этот я, сидящий после ливня у окна, всего лишь несчастный двойник, никчёмная параллель, чёрт знает вообще кто такой.
Множество умных людей, подобно вам, уповали на цивилизацию: множество умных вавилонян, умных египтян и умнейших римлян на закате Римской империи. Мы живем на обломках погибших цивилизаций: не могли бы вы сказать, что такого особенно бессмертного в вашей теперешней?
И при зарождении, и на закате любви люди всегда испытывают замешательство, оставаясь наедине друг с другом.
Большинство людей, которым не хватает нужной суммы для поездки в Европу, считают себя бедными. Они расстраиваются от невозможности купить авиабилет в Турцию или Египет, увидеть Венецию или Париж — города мечты. Кажется, что в европейских странах какое-то особенное счастье, а дома не ждёт ничего, кроме низкого уровня жизни и работы за копейки. Но у этих людей есть кое-что ценное, о чём они не подозревают. Они обладают ещё большим богатством. Каким? Семьёй, друзьями, любимыми людьми, возможностью каждый день встречаться с ними, видеть восход солнца и его закат. «Самые дорогие вещи — это не вещи» — как написал неизвестный автор. И возможно, если вы пока не можете позволить себе путешествовать по всему миру, вам судьбой предписано обладать невероятным счастьем здесь, дома, рядышком с самыми дорогими и любимыми.
Бывают моменты, когда Бог приходит и стучится в вашу дверь. Это и есть любовь – Бог, стучащийся в вашу дверь. Через женщину, через мужчину, через ребёнка, через любовь, через цветок, через закат или рассвет… Бог может стучаться миллионами разных способов.
Te Amo, от заката до рассвета.
Te Amo, ты волнуешь мою кровь.
Te Amo, я запомню это лето.
Te Amo, Te Amo, Te Amo.
Пишет про закаты, рябину, пташек. А сквозь строчки видно: подлец!
Я не ищу гармонии в природе.
Разумной соразмерности начал
Ни в недрах скал, ни в ясном небосводе
Я до сих пор, увы, не различал.
Как своенравен мир её дремучий!
В ожесточенном пении ветров
Не слышит сердце правильных созвучий,
Душа не чует стройных голосов.
<…>
Но в тихий час осеннего заката,
<…>
Как бы прообраз боли человечьей
Из бездны вод встает передо мной.И в этот час печальная природа
Лежит вокруг, вздыхая тяжело,
И не мила ей дикая свобода,
Где от добра неотделимо зло.
Вереницею дни-скороходы идут,
Друг за другом закаты, восходы идут.
Виночерпий! Не надо скорбеть о минувшем.
Дай скорее вина, ибо годы идут.
Чехов был человеком конкретностей и писал живых людей, может быть как никто, но эти конкретности он давал по-особому, на широком и спокойном горизонте своего раздумья. Так иногда, на фоне заката, увидишь стебли полыни или дикой рябинки, они такие же, как и те, что у тебя под ногами, но и не те, ибо конкретность их дана с гравюрною чёткостью, и даны расстояние, простор и грань горизонта, и тёплая желтизна уходящего неба.
Горит огнём пылающий закат
И мы с тобой устали ждать рассвет…
Когда-нибудь настанут времена,
Тогда, когда найдём себя в душе…
Чехов писал в одном из моих любимых рассказов, в «Красавицах», что красота оставляет приятное, но тяжёлое чувство. С чем связана вот эта тяжесть, эта грусть? С её принципиальной недостижимостью. Ею никогда нельзя обладать. Красота всегда не отсюда. Это примерно то чувство, с каким смотришь на лесной закат над каким-нибудь озером: ты понимаешь, что ты никогда к этому не приблизишься. Мало того, что ты никогда так не сможешь, но это не может принадлежать. Это всегда привет из другого мира.
Что такое судьба? Только то, что познали, постигли.
Неизменна лишь горечь, а счастье уйдет без возврата.
Ни единой отрады судьба не дает безвозмездно.
Безысходная скорбь — за мгновенную радость расплата.
Лучше было б не жить, лучше было б на свет не рождаться,—
Так мы думаем часто, увидев багрянец заката.
Все, что радостью было, исчезло, прошло, миновало.
Под конец эта жизнь лишь тревогой и скорбью богата.
Безнадежны надежды, дальнейшая жизнь бесполезна,
Сердце страхом предчувствия, грустью о прошлом объято.
Оказалось лишь звуком пустым, лишь туманным виденьем
Все, что жизнью своей называл ты, безумец, когда-то.
Нет рассвета без мечты, нет заката без печали.
?? — Молитва — Посланник Аллаха ?
сказал:
? «?Ты должен совершать множество земных поклонов, ибо, поистине, за каждыи? земнои? поклон, соверше?нныи? тобои? ради Аллаха, Аллах возвысит тебя на (одну) ступень и снимет с тебя (бремя одного) прегрешения»
(Муслим).
?? — Просить о прощение
?? — Поминание Аллаха и чтение Корана
Ат-Такбир (Возвеличивание Аллаха) — Узаконено поминание Аллаха с первого дня Зуль-Х’иджа и до заката солнца последнего дня из трех днеи? ташрик’а (три дня после 10-го дня жертвоприношения)
т.е. до заката солнца 13-го дня Зуль-Хиджа??— Пост — Посланник Аллаха ? сказал:
? «?Аллах непременно удалит от Огня на семьдесят (лет пути) лицо (любого Своего) раба, которыи? один день постился на пути Аллаха».
(Бухарии?, Муслим)?? — Садак’а (Милостыня)
??— Поминание Аллаха и чтение Корана
??— Жертвоприношение
Если б я мог передать в красках на полотне этот закат над рекой!.. Жаль только не могу!
Каждый закат красив по-своему.
Проходим мимо лиц, штрихов созвездий…
Раздав минуты, как буклеты у метро,
Мы незаметно как-то повсеместно
Живем по принципу простому домино.На плечи оправдания, как накидка.
И как-то незаметно для себя
Мы совершаем первую ошибку
И тихо прячем ее где-то в закромахВлюбляемся, привыкнем и забудем.
И запечатаем в разделе «в никуда»…
Что толку объяснять обычным людям
Как уязвима и чувствительна душа?Случайно нацарапаем, навеки
Незаживляемые раны на груди.
Надежней сохраняя чеки,
Чем совесть, что по жизни нам нести.Истратив попусту бездумно и бездарно
Часы, недели, месяцы, года,
Все реже замечаем фрагментарно,
Какой тропою мы зашли сюда.И как прекрасен этот карминный закат..
О нем услышав только уха краем,
В безмолвной тяжести забвения лампад,
Мы как-то незаметно умираем.
В годы, обагренные закатом,
Неопровержимее всего
Делает еврея виноватым
Факт существования его.
Облака приплывают в мою жизнь из прошедших дней уже не для того, чтобы пролить дождь или устроить бурю, а чтобы придать цвет моему небу на закате.
Над горизонтом небо, кровью умирающего дня, внезапно окропил заката сполох. И вслед ему над миром крылья распростёр, свет победивший, чёрной ночи молох.
Живи сегодня, сейчас, в данную минуту. Завтра сегодняшнего дня уже не будет. Завтра придёт что-то новое. Может быть, оно будет хуже, может быть, лучше. Но ни этот чудесный закат, ни эти плывущие по небу облака, ни эта узорная тень от листвы на тропинке у тебя под ногами, ни именно эта улыбка дорогого тебе человека уже никогда не повторятся.
Жизнь – это глупая штука. Всё в ней пошло и ничтожно. Ничего в ней нет святого, один сплошной сгущенный хаос разврата. Все люди живут ради чувственных наслаждений. Но есть среди них в светлом облике непорочные, чистые, как бледные огни догорающего заката…
Я – один, и никого на свете, который бы пошёл мне на встречу такой же тоскующей душой; будь это мужчина или женщина, я всё равно бы заключил его в свои братские объятия и осыпал бы чистыми жемчужными поцелуями, пошёл бы с ним от этого чуждого мне мира, предоставляя свои цветы рвать дерзким рукам того, кто хочет наслаждения.
Рыбалка даёт возможность побыть в тишине на природе, попытаться стать с ней единым целым, по-особому почувствовать утро или вечер, увидеть восход и закат. И ощутить, как летит время в нашей суетной жизни. Так летит, что даже не замечаешь, как она проходит.
Люди которые живут лишь для себя — как тени, растворяются с закатом солнца.
Вы встречаете людей, которые преображают вашу жизнь, сами того не зная, а потом спокойненько предают вас, и вы видите, как они объединяются с вашими врагами, а потом смотрите, как они удаляются, точно армия победителей, разграбившая город, на фоне развалин и багрового заката.
Я стал вечерним закатом солнца, и говорю, как апрельские листья. И дрожу внутри при каждом искреннем голосе, и вместе с птицами переживаю тонкое пение. Моя речь всё красивее и насыщеннее, выражает в молчании свой смысл.
Если нет дальнейшего роста, значит, близок закат.
Жизненный уровень — это качество жизни, и он определяется нашей включенностью в бытие, а не уровнем дохода. Можно есть простую пищу, ходить босиком по морскому берегу, слушать крики чаек, любоваться закатом и чувствовать себя счастливым, а можно изнывать от тоски в роскошном антураже, заливая эту тоску алкоголем и мечтая о суициде. Похоже, мы ещё не пришли к пониманию этой идеи, а понимание это приходит в процессе самопознания, самотрансформации.
Провинция — это место, где после заката неженатым людям совершенно нечем заняться.
Живите настоящим днем, каждым днем, как будто он может закончиться на закате, и как только ваша голова касается подушки, отдыхайте и знайте: вы сделали все, что в ваших силах.
Всё имеет свой закат, только ночь заканчивается рассветом.
Природа всегда будет опережать человека, потому что именно она рисует для него рассвет и закат Солнца — точно так же, как она выделяет для него время, которое он должен использовать во благо.
Позволь каждой ошибке научить тебя великому уроку: каждый закат — это начало очень-очень яркого и большого рассвета.
…Смерть героев подобна закату солнца, а не смерти лягушки, лопнувшей с натуги.
Различие между натурфилософией Демокрита и натурфилософией Эпикура (вторая половина 1840 г.— март 1841 г.).
Люди беспечно глядят на красоту заката, забывая, что уже через миг всё погрузится во мрак.
Его, так же пряча пока что мир от его глаз, привозят в один из прекраснейших уголков земли. В Альпы? Кажется, в Альпы. Там, на лугу, где цветут цикламены, в полдень снимают с его глаз повязку… Юноша, разумеется, ошеломлён, восхищён красотой мира ? не это важно. Рассказ сосредоточивается на том, как поведёт себя этот никогда не видевший солнца юноша при виде заката… Наступает закат…
Всем сердечным движениям волю давай,
Сад желаний возделывать не уставай,
Звездной ночью блаженствуй на шелковой травке:
На закате — ложись, на рассвете — вставай.
А я ни разу не была за океаном.
На том другом конце его пространств,
Где на закате всем, кто с сердцем рваным,
Ночные ангелы поют романс.Где нет проблем, ни бед. Гле люди сыты.
Где ни воров, ни каинов, ни судей.
Где нестерпимо тягостное бремя быта —
Легенда, пережиток катархей.Я вижу эту жизнь, она реальна.
Вкус вин и легкий шлейф духов…
Похожий берег, но у вод кристальных,
С бескрайними коврами из цветов..На том конце, как ни парадоксально,
Сидела девушка, мечтая…
На Востоке мне довелось беседовать с мудрецом, чей ясный и кроткий взор погружен в вечный закат.
— Умереть — это не решение, — сказал он.
— А жить? — спросил я.
— И жить — тоже не решение, но кто сказал, что решение вообще существует? Вам не убедить меня, что он был неправ. Без решений можно обойтись, важны только вопросы — и от нас самих зависит, допустим мы их или отвергнем. За каждым вопросом кроется не ответ, а тайна.
Начиналась полупустыня, где солнце по утрам лёгкое и сухое, как выдержанный херес, а на закате падает за горизонт, словно багровый от жара кирпич.
Лишь по небу тихо
Сползла погодя
На бархат заката
Слезинка дождя…
При зарождении любви влюбленные говорят о будущем, при ее закате — о прошлом.
«Этот закат, как апельсиновая корка. Розовые облака, я мечтал о них так долго. Чтобы как школьник — провожать тебя до дома. А на прощанье целовать, но только щечку. Oh, my God.» — Запрети мне носить Air Max'ы (feat. 158)
Весна так чувственна. Прикосновенье ветра
Томит листву, и грешная дрожит.
Не выдержит? И этой самой ночью…
Пахучая испарина ползет
И обволакивает. Мягко
Колышутся и ветви клена,
И чьи-то волосы, и чей-то взгляд.
Все — обреченное. И я обречена
Под кожу втягивать прохладную звезду,
И душный пот земли, и желтый мир заката..
Но по железу ерзнула пила,
И кислое осело на зубах.
Хотя и близкое к закату, солнце всё-таки мешает цветку, — заметил Иванов. — Позвольте я ему помогу, — прибавил он, задвигая белую занавеску окна, у которого стоял цветок.
Никакая техника не может полностью ухватить то, что создано природой. Мы можем зафиксировать рассвет, закат, пламя… Но это всё застывшее. А в памяти – всё остаётся живым, дышащим.
Ванда надписывала конверт. Вдруг ей стало неловко и жутко. Она подняла голову, — все подруги смотрели на нее с тупым, странным любопытством. По их лицам было видно, что есть еще кто-то в комнате. Ванде сделалось холодно и страшно. С томительной дрожью обернулась она, забывая даже прикрыть конверт. За ее спиной стояла Анна Григорьевна и смотрела на ее тетради, из-под которых виднелось письмо. Глаза ее злобно сверкали, и клыки страшно желтели во рту под губой, вздрагивавшей от ярости.
Ванда сидела у окна и печально глядела на улицу. Улица была мертва, дома стояли в саванах из снега. Там, где на снег падали лучи заката, он блестел пышно и жестоко, как серебряная парча нарядного гроба.
Ванда была больна, и ее не пускали в гимназию. Исхудалые щеки ее рдели пышным неподвижным румянцем. Беспокойство и страх томили ее, робкое бессилие сковывало ее волю. Она привыкла к мучительной работе червяка, и ей было все равно, молчит ли он или грызет ее сердце. Но ей казалось, что кто-то стоит за ней, и она не смела оглянуться. Пугливыми глазами глядела она на улицу. Но улица была мертва в своем пышном глазете.
А в комнате, казалось ей, было душно и мглисто пахло ладаном.
Не знаю, что бы вы сказали о дне, в течение которого наблюдали бы четыре прекрасных заката.
Можно было бы сказать множество слов, «одно умнее другого», о том, какое отношение имеет химия к нашей жизни, к моей жизни. Но я скажу только вот о чем: наш дом на юго-западе Москвы стоит поблизости от проспекта Вернадского. Здесь у проспекта Вернадского есть до сих пор лишь одна сторона. И пока другая еще не воздвигнута, из окон домов его видны поля, земля, закаты, звезды, овраги, далекие новостройки. Я люблю ходить по проспекту Вернадского. Я часто думаю о Вернадском, особенно о последних годах его жизни, когда он сосредоточил внимание на химии живого вещества и говорил о том, что мы переживаем новое геологическое эволюционное изменение биосферы, входим в ионосферу и что идеалы нашей демократии идут в унисон «со стихийным геологическим процессом и с законами природы, отвечают ионосфере.»
В годы, обагрённые закатом
Так вот этот Мальтен рассказал мне следующее приключение. Его двоюродный брат, унтер-офицер индийской армии, в одно прекрасное воскресенье отправился из Калькутты на загородную ферму, в гости к приятелю. На ферме он застал праздник; к вечеру было пьяно всё — господа и слуги, англичане и индусы, люди и слоны. Кузен Мальтена — человек, склонный к поэтическим настроениям, даже стихи пишет. Чуть ли не ради поэтических впечатлений и угораздило его попасть именно в индийскую армию. Отдалясь от пьяного общества, он одиноко стоял у колючей растительной изгороди, смотрел на закат солнца и, как очень хорошо помнит, обдумывал письмо в Ливерпуль, к своей невесте. Именно на полуслове: «…ваша фантазия не в силах вообразить, дорогая мисс Флоренса, неисчислимые богатства индийской флоры и фау…», он слышит позади себя тяжкие и частые удары. Точно какой-нибудь исполин сверхъестественной величины и силы, Антей, Атлас, с размаху вбивает в землю одну за другой длинные сваи. Не успел мечтатель обернуться, как его схватило сзади что-то необыкновенно крепкое, могучее, эластическое, подбросило высоко в воздух и, помотав несколько секунд, как маятник, с силою швырнуло в иглистые кусты алоэ — полумёртвого, не столько от боли, сколько от ужаса непонимания и незнания, самого опасного и могущественного из ужасов: его описали в древности Гомер и Гезиод, а в наши дни со слов Тургенева — Ги де Мопассан. Беднягу с трудом привели в чувство. Разгадка происшествия оказалась очень простою: один из рабочих слонов фермера добрался до кувшинов с пальмовым вином, опустошил их, опьянел и пришёл в ярость. Мундир унтер-офицера привлёк внимание хмельного скота своей яркостью, и кузен Мальтена стал его жертвой… Такого разнообразия индийской фауны не только мисс Флоренса, но и сам горемычный жених её, конечно, не мог себе ранее вообразить!.. Ощущение нежданно-негаданно схваченного слоном солдата, в ту минуту, когда он не только не думал о каком-нибудь слоне определённом но, вероятно, позабыл и самую «идею слона», вероятно, было близко к ощущениям человека в первый момент землетрясения.
Вновь закат разметался пожаром —
Это ангел на Божьем дворе
Жжет охапку дневных наших жалоб.
А ночные он жжет на заре.
У меня нет ни малейшего представления о том, что такое любовь. Поэтому я пишу на эту тему снова и снова. Любовь – как солнечный закат в Лапландии. Выглядит волшебно, но ты не можешь понять, зачем…
Что может быть прекраснее, чем любоваться закатом? Разве, что любоваться им с кем-то, кто тебе дорог.
Жизнь в двух мирах. 21век.
Виртуальность, это зеркало Реальности. Жизнь в кривых зеркалах. Реальность издаёт трещины, разбивается, как об стекло.
Жизнь в двух мирах, более опасна, чем куда, это один шаг в бездну.
21 век — эпоха лжи, разврата и соблазна, где полно иллюзий в миражах. Виртуальность равняется реальности. Люди забыли, кто такой Бог, и не хотят знать. Люди, не замечают своих родных, не уделяют своим детям достаточно колличество внимания.
Зато каждый старается переиграть в словах, «я умный, а ты дурак и т. д…».
Это обычное обзывание, которому каждому не понравилось бы. Этим унижаешь своего коллегу, собеседника, детей же своих…
Даже дауны умные.
На самом деле, люди Все Умные.
«Умные, это и есть Дураки, что для Бога мы все Глупцы.»
А Дураки, это Умные. Умнодур (а) с высшим образованием.
Чтобы не показаться умным, нужно сделаться дурачком или наоборот.
Люди все одинаковы, так как по природе мы все одинаковы.
Если нам Господь дал Ум, и одну природу. Но разность в людях зависит от воспитания и образования и т. д., поэтому «разные».
Люди всё время в дурачка играли по сей день.
Мир, это Люди. Люди, это вся вселенная. Мир ужасен. Мир болен.
Люди действительно больны всем, болезнями, даже любовью. Но есть в людях и прекрасное, это их «душа.»
Мироздание прекрасно, что создано Творцом, восходы, закаты, растения…
Психи, это люди бесноватые, или, действительно, он может не выдать себя за такового, а внутри тебя, ты слышишь, «беги!» значит «беги и в контакт с ним не входи.»
Люди глупые только перед Богом!
Никто не вправе ставить диагноз «маразматик или дурак.»
Врачи часто ошибаются в диагнозах, а потом лечат не правильно. Ученые
не могут грамотно описать, даже толково рассказать о своем открытии. Так скажите, врачи, учёные — дураки? Каждая ошибка, это дурость в незнании?
Если человек знает писать, читать, он уже грамотный.
Это означает, что человек не может всё знать, потому что не дано ему Богом Больше знать, чтобы не вознес себя выше Бога. Много тайн ещё скрыто от нас.
Почитайте лучше Симфония по творениям свт. Иоанна Златоуста о Человеке, это очень интересно!
Чем ближе к закату, тем длиннее тень воспоминаний.
В неприкаянной смуте
предвечерья, когда люди
вздыхают, а у деревьев голова
раскалывается от птиц,
выключи сердце и примерься
к широким веслам заката.
Смотри на каждую утреннюю зарю как на начало твоей жизни и на каждый закат солнца как на конец ее. Пусть каждая из этих кратких жизней будет отмечена каким-нибудь добрым поступком, какой-нибудь победой над собой или приобретенным знанием.
Всё образует в жизни круг —
Слиянье уст, пожатье рук. Закату вслед встает восход,
Роняет осень зрелый плод.
Нельзя допустить, чтобы СС и полиция отделились друг от друга. Случится беда, если оба этих ведомства, ложно понимая свои задачи, попытаются стать самостоятельными. Это будет означать конец СС, закат «чёрного ордена.»
Истратив попусту бездумно и бездарно
Часы, недели, месяцы, года,
Все реже замечаем фрагментарно,
Какой тропою мы зашли сюда.И как прекрасен этот карминный закат..
О нем услышав только уха краем,
В безмолвной тяжести забвения лампад,
Мы как-то незаметно умираем.
В Древней Греции были совершенно другие отношения с богами. Спектакль начинали на рассвете. Действие шло целый день. Зрители ели, пили, занимались любовью, кто уходил, кто спал. Когда солнце в зените, звучали основные женские монологи, потому что все женщины — внучки солнца. Вместе с солнцем на закате умирали все герои. И актеры, конечно, не думали о зрителях, они играли для бога Дионисия. Но люди потеряли эту связь с космосом и с богами. Когда произошел этот разрыв, театра фактически и не стало. Остались какие-то мистерии, площадные театры, все рождалось заново. Недаром «Гамлет» считается великой пьесой — это попытка соединения человека с космосом…. Мне кажется, что сегодня вновь происходит такое соединение. Это не смена мировоззрений, не богоискательство, которое было в начале XX века, а ощущение, что рядом с нами «кричит наш дух, изнемогает плоть, рождая орган для шестого чувства.»
Проходим мимо лиц, штрихов созвездий…
Раздав минуты, как буклеты у метро,
Мы незаметно как-то повсеместно
Живем по принципу простому домино.На плечи оправдания, как накидка.
И как-то незаметно для себя
Мы совершаем первую ошибку
И тихо прячем ее где-то в закромахВлюбляемся, привыкнем и забудем.
И запечатаем в разделе «в никуда»…
Что толку объяснять обычным людям
Как уязвима и чувствительна душа?Случайно нацарапаем, навеки
Незаживляемые раны на груди.
Надежней сохраняя чеки,
Чем совесть, что по жизни нам нести.Истратив попусту бездумно и бездарно
Часы, недели, месяцы, года,
Все реже замечаем фрагментарно,
Какой тропою мы зашли сюда.И как прекрасен этот карминный закат..
О нем услышав только уха краем,
В безмолвной тяжести забвения лампад,
Мы как-то незаметно умираем.
Я до сих пор восхищен видом облаков и закатом. Я всегда загадываю желание, когда вижу радугу или падающую звезду. Я видел метеоритный дождь. Мир полон чудес.
С каждым новым восходом солнца, жизнь человека стремительно приближается к своему закату.
Насколько всё мимолетно.
Не о горечи Экклезиаст – «и это пройдет» – не о горечи! Но о счастье.Знай, трусливенькое создание, и счастье твоё пройдет, как минуты золота на закате.
Ибо, не контролируя себя и эмоций своих, ты цепляешь на нить своей жизни что жемчужинки, подаренные богами свиньям, что катышки навоза овечьего, потому что ты – идиот. Кабанина, не желающая выбирать, а желающая, чтобы всё, что загребет твоё рыло по умолчанию было съедобным.
Ее сердце было сделано из жидких закатов.
В вечерних сумерках рождается закат.
Воистину луна – помощник ночи.
У слабости всегда незримый виноват.
У старости язык любви короче.
Когда возникает желание, то всегда хочется его удовлетворить, т. е., почувствовать удовольствие. Если человек находит прямой способ к получению удовольствия, то ему уже трудно от него отказаться. Например, наркоман. Он получает удовольствие быстро и без лишних телодвижений. Ему не надо долго и усердно работать, затем покупать билет и лететь куда то, чтобы поймать кайф от заката на берегу океана. И именно это его разрушает, а не химия. Смысл жизни как раз и состоит в этих телодвижениях на пути к закату.