Единственное, что делает деньги — это деньги.
У меня нет ни акций, ни других ценных бумаг. Все свои деньги я вкладываю в долги.
Отвратительно. Деньги, деньги, деньги, деньги… Ничего настоящего, истинного. Ни красоты, ни правды, ни искренности, ничего. Лишь бы заработать… На это невозможно смотреть… Можно все, позволительно все, если за это «все» платят деньги.
Есть большая разница между желанием работать и необходимостью работать. Мне это знание далось непросто. Теперь-то деньги для меня значат многое, потому что их у меня нет.
Деньги — это аплодисменты.
Как легко, доктор, быть философом на бумаге и как это трудно на деле!
Музыка льется, как жизнь.
На чистовую.
Тесненьким существам с очень медленным мозгом надо сидеть,
перечитывать,
перечеркивать,
вымучивать из себя.
Еще и дрочить на вымучивание – это мне не далось легко.
Жизнь – проста.
Ничего притягательного не может быть в медленном расковыривании души,
выжимании себя, как прыща, на бумагу
или на холст.
Люди на это дрочат, чтоб хоть как-то то оправдать.
Чтоб не признать, что божественность – невесома.
Чтоб не увидеть иерархии между ремесленником, талантом, гением, богом.
Это ваши деньги, вы заплатили за них.
Деньги — это мышцы войны.
Иногда мне хочется прийти в банк и сказать: покажите мне мои деньги! Потому что, когда я вижу цифру на бумаге, не верится — напечатать можно что угодно.