Фридрих Энгельс: цитаты

Стремлению к счастью в наименьшей степени нужны идеальные права. Оно нуждается больше всего в материальных средствах…

Всякая теория морали являлась до сих пор в конечном счете продуктом данного экономического положения общества.

Ученых можно побить только их же оружием, — цитатами!

Занимаясь самим собой, человек только в очень редких случаях, и далеко не с пользой для себя и для других, удовлетворяет свое стремление к счастью.

Каждая общественная группа имеет свой собственный кодекс чести.

Свобода воли означает не что иное, как способность принимать решения со знанием дела.

Мне ненавистно всякое аскетическое уродство, никогда не стану я осуждать грешную любовь, но мне больно, что строгая нравственность грозит исчезнуть, а чувственность пытается возвести себя на пьедестал.

Трусость отнимает разум.

Не будем слишком обольщаться нашими победами над природой. За каждую такую победу она мстит нам.

Общество не может освободить себя, не освободив каждого отдельного человека.

Всякая религия является ничем иным, как фантастическим отражением в головах людей тех внешних сил, которые господствуют над ними в их повседневной жизни, — отражением, в котором земные силы принимают форму неземных.

Представления о добре и зле так сильно менялись от народа к народу, от века к веку, что часто прямо противоречили одно другому.

Собственная сущность человека много величественнее и возвышеннее, чем воображаемая сущность всех возможных «богов», которые ведь представляют собой лишь более или менее неясное и искажённое отображение самого человека.

Не может быть свободен народ, угнетающий другие народы. Сила, нужная ему для подавления другого народа, в конце концов всегда обращается против него самого.

Талант должен убедить массу в истинности своих идей, и тогда ему больше не придется беспокоиться об их осуществлении, которое совершенно само собой последует за их усвоением.

Если техника в значительной степени зависит от состояния науки, то в гораздо большей мере наука зависит от состояния и потребления техники. Если у общества появляется техническая потребность, то она продвигает науку вперед больше, чем десяток университетов.

Не может быть свободен народ, угнетающий другие народы.

Общество, которое по-новому организует производство на основе свободной и равной ассоциации производителей, отправит государственную машину туда, где ей будет тогда настоящее место: в музей древностей, рядом с прялкой и с бронзовым топором.

Русский солдат является одним из самых храбрых в Европе. Его упорство почти не уступает упорству английских и некоторых австрийских батальонов. Ему свойственно то, что Джон Буль хвастливо приписывает себе, — он не чувствует, что побит. Каре русской пехоты сопротивлялись и сражались врукопашную долгое время после того, как кавалерия прорвалась через них; и всегда считалось, что легче русских перестрелять, чем заставить их отступить. Сэр Джордж Каткарт, который наблюдал их в 1813 и 1814 гг. в роли союзников, а в 1854г. в Крыму — в роли противников, с уважением свидетельствует, что они «никогда не поддаются панике.»

Решения, принятые сгоряча, всегда представляются нам необычайно благородными и героическими, но, как правило, приводят к глупостям.

В действительности каждый класс и даже каждая профессия имеют свою собственную мораль, которую они притом же нарушают всякий раз, когда могут сделать это безнаказанно.

Я вообще не понимаю, как можно завидовать гению. Это настолько своеобразное явление, что мы, не обладающие этим даром, заранее знаем, что это недостижимо; но чтобы завидовать ему, надо уж быть полным ничтожеством.

«Ум зависит от желудка», — говорю я, после того как испытал, до какой степени глупости и неспособности может довести человека катар желудка.

Стремление к счастью прирождено человеку, поэтому оно должно быть основой всякой морали.

…Личность характеризуется не только тем, что она делает, но и тем, как она это делает…

Каковы люди — такова и дискуссия.

В пореформенной России> современная крупная промышленность привита к первобытной крестьянской общине и одновременно представлены все промежуточные стадии цивилизации, в стране, к тому же в интеллектуальном отношении окруженной более или менее эффективной китайской стеной, которая возведена деспотизмом, не приходится удивляться возникновению самых невероятных и причудливых сочетаний идей.

Брак по расчету довольно часто обращается в самую грубую проституцию — иногда обеих сторон, а гораздо чаще жены, которая отличается от обычной куртизанки только тем, что отдает внаем свое тело не сдельно, как наемная работница, а раз и навсегда продает его в рабство.

Если строгая моногамия является венцом добродетели, то пальму первенства следует отдать ленточному червю, в 200–300 члениках которого содержится по одному мужскому и по одному женскому половому аппарату, а весь червь всю жизнь занимается тем, что в каждом членике совокупляется сам с собой.

Господство мужчины в браке есть простое следствие его экономического господства и само собой исчезает вместе с последним.

Нельзя уйти от своей судьбы,— другими словами, нельзя уйти от неизбежных последствий своих собственных действий.

Человек перестал быть рабом человека и стал рабом вещи…

Где нет общности интересов, там не может быть единства целей, не говоря уже о единстве действий.

Но по мере того, как обнаруживалась неизбежность объединения Северной Италии, все определеннее обрисовывалась «идея», во имя которой Франция вела эту войну. Это была идея присоединения Савойи и Ниццы к Франции. Уже во время войны раздавались голоса, которые указывали на это присоединение как на цену французского вмешательства в итальянские дела.

Все идеи извлечены из опыта, они — отражения действительности, верные или искаженные.

Ребёнок, который переносит меньше оскорблений, вырастает человеком, более сознающим свое достоинство. А гражданин, обладающий истинным чувством собственного достоинства, никогда не опустится до оскорбления достоинства другого или до равнодушия в отношении достоинства своего государства.

Истина и заблуждение, подобно всем логическим категориям, движущимся в полярных противоположностях, имеют абсолютное значение только в пределах чрезвычайно ограниченной области.

Как красив русский язык! Все преимущества немецкого без его ужасной грубости.

В науке каждая новая точка зрения влечет за собою революцию в технических терминах.

Если нравственным является только брак, основанный на любви, то он и остаётся таковым только пока любовь продолжает существовать.

Чем больше скрыты взгляды автора, тем лучше для произведения искусства.

Равенство существует лишь в рамках противоположности к неравенству, справедливость — лишь в рамках противоположности к несправедливости.

Надо иметь мужество пожертвовать немедленным успехом ради более важных вещей.

Идеи воспламеняют друг друга, подобно электрическим искрам.

Люди, хвалившиеся тем, что сделали революцию, всегда убеждались на другой день, что они не знали, что делали,— что сделанная революция совсем не похожа на ту, которую они хотели сделать.

Не природа, не человечество сообразуются с принципами, а, наоборот, принципы верны лишь постольку, поскольку они соответствуют природе и истории.

…Мужество, которое необходимо для того, чтобы в критическую минуту собраться с духом и принять смелое решение, совершенно не похоже на то мужество, которое позволяет человеку блестяще командовать дивизией под огнём.

Едва люди начали менять, как уже они сами стали предметами обмена. Действительный залог превратился в страдательный — хотели того люди, или нет.

Представление о вечной справедливости изменяется… не только в зависимости от времени и места: оно неодинаково даже у разных лиц и принадлежит к числу тех вещей, под которыми, как правильно замечает Мюльбергер, «каждый разумеет нечто другое.»

Оцените статью
Добавить комментарий