Счастье — это хорошая сигара, хороший обед и хорошая женщина. Или дурная женщина — это уж смотря по тому, сколько счастья вы можете себе позволить.
Счастье? Хорошая сигара, вкусный обед и хорошая женщина — или плохая женщина. Все зависит от того, сколько счастья вы способны выдержать.
Нет, не надо. Вильсон курит осторожно, кряхтя, почти потеет, и весь вид его такой, что это — тяжёлая работа. Интересно курит Фицрой. Он положительно играет ртом: и так, и этак скривит его, а один глаз прищурит. По-моему, лучше всех других курит Гленар: у него очень мягкие манеры, они согласуются с его маленькими сигарами. Ему это идёт.
Я курю от десяти до пятнадцати сигар в день. В моем возрасте нужно себя ограничивать.
Никак не могу бросить курить! Стараюсь хотя бы не курить сигареты, а только сигары. Бросить чертовски сложно. Дело в том, что на меня очень странно действуют антиникотиновые наклейки — я заметил, что когда их использую, то по ночам мне снится один и тот же кошмар: кровавое убийство, будто я кого-то убиваю. И просыпаюсь каждый раз в холодном поту.
Валидол — аристократическая закуска к коньяку.
Иногда сигара — всего лишь сигара.
Иногда сигара — это просто сигара.
Прозаик говорит: коньяк — три звёздочки. Поэт говорит: через коньяк — к звёздам!
Я очень большой поклонник коньяка. Я обожаю коньяк так сильно, что позволяю себе пить его не больше двух раз в год. Вот какой я его поклонник! Это должно быть торжеством!