Революция неизбежна. Просто потому, что большинство людей понимают, что эта система неправильна. Когда сидишь в тусовке чиновников, больше всего разговоров о том, кто все украл, почему ничего не работает и как все ужасно.
Система защиты гражданина сегодня неравнозначна системе нападения на него.
Хорошо, что народ не понимает, как работает наша банковская система. Иначе завтра же случилась бы революция.
И с каждым днем люди все больше и больше понимают, что, если их политическая система так ополчилась на трех девочек, которые 30 секунд выступили в ХХС, это означает лишь то, что эта политическая система боится правды, боится искренности и прямоты, которую несем мы с собой.
Нет ни левых, ни правых — есть Система и враги Системы.
Из всех видов деспотизма самый страшный — деспотизм верования и системы. Большинство людей — рабы моды и нелепых обычаев.
Ни одна система не сможет заставить меня пойти на компромисс с тем, во что я верю…
Систему наук нужно рассматривать как систему природы: все в ней бесконечно и все необходимо.
Сон – необходимое звено в системе самозащиты.
Шок – обходно?е звено в системе самозащиты.
Смерть – заключительное звено в системе самозащиты.
Мы приходим к удивительному парадоксу вот какого рода: система по определению есть то, что на части не делится.
Если я разделил систему на две, значит, у меня две системы. Зачем мне говорить, что у меня одна система? Если я говорю «система», то это и есть фактически обозначение того, что оно, это целое, не может быть разделено на части.