[Палачу на виселице]: Шевелись, ублюдок! За то время, пока ты возишься, я успел бы повесить дюжину человек!
«Из одного креста можно было бы сделать две виселицы», — с презрением сказал специалист.
Дай, Джим, на счастье плаху мне
Такую плаху не видал я сроду
Давай на нее полаем при луне
Действительно, замечательная плаха
А то дай на счастье виселицу мне
Виселицу тоже не видал я сроду
Как много замечательных вещей на земле
Как много удивительного народу
Если бы желание убить и возможность убить всегда совпадали, кто из нас избежал бы виселицы?
На виселице в приятной выси
У адвоката репутация тем выше, чем больше его подзащитных отправилось на виселицу (виселица одновременно служит рекламой и свидетельствует о серьезности процесса).
У адвоката репутация тем выше, чем больше его подзащитных отправилось на виселицу
Так что если вы вдруг «осознали», что только лишь ваш народ достоин всех благ, а все прочие народы вокруг — второй сорт, поздравляю: вы сделали свой первый шаг в фашизм. Потом вас осеняет, что высоких целей ваш народ добьется, только когда железный порядок будет установлен и заткнут пасть всем этим крикунам и бумагомаракам, разглагольствующим о свободах; когда поставят к стенке (без суда и следствия) всех, кто идет поперек, а инородцев беспощадно возьмут к ногтю… И как только вы приняли все это — процесс завершился: вы уже фашист. На вас нет черного мундира со свастикой. Вы не имеете привычки орать «Хайль!». Вы всю жизнь гордились победой нашей страны над фашизмом и, может быть, даже сами лично приближали эту победу. Но вы позволили себе встать в ряды борцов за диктатуру националистов – и вы уже фашист. Как просто! Как страшно просто.
<…>
Дорога истории давно уже накатана, логика истории беспощадна, и, как только придут к власти ваши фюреры, заработает отлаженный конвейер: устранение инакомыслящих — подавление неизбежного протеста — концлагеря, виселицы — упадок мирной экономики — милитаризация — война… А если вы, опомнившись, захотите в какой-то момент остановить этот страшный конвейер, вы будете беспощадно уничтожены, словно самый распоследний демократ-интернационалист. Знамена у вас будут не красно-коричневые, а, например, черно-оранжевые. Вы будете на своих собраниях кричать не «Хайль», а, скажем, «Слава!»
Сэр, Вы умрёте на виселице или от непроизносимых болезней. (часто считается, что Уильям Гладстон в адрес Дизраэли, на самом деле — Джон Уилкс в адрес Джона Монтегю).
Сэр, Вы умрёте на виселице или от непроизносимых болезней.
Дорогой друг, я намерен посвятить Вам «Виселицу». Не потому, что Вы застуживаете верёвки, а потому, что эта пьеса наименее трудная из трёх.
Милостивый государь, у меня создалось такое впечатление, будто вам предложили выбор: сочинять музыку или идти на виселицу.
Иногда вершиной служебного положения оказывается виселица.
Когда война окончилась, мне довелось читать отчёты о суде над группой Эйхмана. В точности как я, они сидели по своим конторам, сочиняли докладные записки и высчитывали, как эффективнее убивать людей. Разница состояла в том, что их отправили в тюрьму или на виселицу как преступников, я же оставался на свободе.
Дети в игре часто подражают лицемерию, глупости, жестокости взрослых, но никто не станет утверждать, что подобные игры благодетельно действуют на детей. В настоящее время вы нередко встретите детей, играющих в виселицу. (Это писалось в годы разгула царской реакции. – авт.)
В газетах промелькнуло как-то сообщение, что двое детей восьми и десяти лет, повесили товарища, а потом еще, что какой-то мальчуган повесил сестренку. О повешенных во время игры кошках и собаках в газетах, конечно, не пишут. А сколько инициативы, увлечения, какое богатство воображения проявляют во время этих диких и жестоких игр дети! Как часто эти игры будят в них зверя!
Он готов подняться на виселицу, если петлёй будет её подвязка…
Лондонские преступники XVIII века в совершенстве владели юмором висельника и перед смертью «угощали» благодарных зрителей последней эпиграммой. Они делали так потому, что умирали, выполняя предписание своих матерей: «Мой мальчик, ты кончишь виселицей, так же как твой отец!» Последние слова многих известных людей тоже были шутками, потому что они оказались послушными сыновьями и оправдали надежды своих матерей: «Ты умрёшь знаменитым, сынок». Смерть, которая наступает в результате форс-мажорных обстоятельств, не сопровождается подобным легкомыслием, потому что может находиться в полном противоречии с предписанием матери «Живи долго!»
Некоторые ступени карьеры ведут на виселицу.
Капитал… избегает шума и брани и отличается боязливой натурой. Это правда, но это ещё не вся правда. Капитал боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты. Но раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10 %, и капитал согласен на всякое применение, при 20 % он становится оживлённым, при 50 % положительно готов сломать себе голову, при 100 % он попирает все человеческие законы, при 300 % нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы. Если шум и брань приносят прибыль, капитал станет способствовать тому и другому. Доказательство: контрабанда и торговля рабами.