Кто-то откашлялся, как будто прогремел в туннеле товарняк.
Начинающий оратор говорил об угнетенности, равенстве, праве на безопасность и обязательном счастье для
всех, о том, что молчание превращает насекомых в амеб. Он вещал о силе единства, о победе сплоченности и о свободе в конце туннеля, к которой придут-таки личинки сегодняшних реформаторов.Такая страстная и ничего не предлагающая речь просто не могла оставить
слушателей равнодушными.
Любовь – это форма, которую естественным образом приняла моя особая склонность к чистому созерцанию; она словно туннель, по которому я иду в темноте рядом с кем-то невидимым, и время от времени нам попадаются пещеры, где мы уединяемся и отдыхаем вместе – адские? райские?..
Свет в конце туннеля оказался светящейся надписью «ВЫХОДА НЕТ.»
Рыть глубокие туннели, всюду запасать зерно, никогда не претендовать на гегемонию.
Моя жизнь похожа на сказку. У меня были трудные моменты, но я всегда видела свет в конце туннеля.
Когда тебе уже за шестьдесят, видишь, что мчишься по какому-то туннелю без обратного билета и начинаешь различать вдали гору, которая и будет твоей последней остановкой. Но пока я не доехал, мне хочется продолжать делать то, что я делаю.
До посещения Припяти я не понимал, что людей приманивает в этом городе, но, оказавшись в этом месте, царящая там атмосфера пронзила меня насквозь. Ты начисто теряешь умение разговаривать, попадая туда в первые секунды. Это ни с чем не сопоставимое чувство, граничащее с удивлением и радостью от увиденного и состраданием к людям. Происходит моментальное переосмысление ценностей, ты осознаешь, что окружающий наш мир, это лишь предметы и вещи, и больше ничего. Ты проходишь сквозь туннель листьев и в его глубине замечаешь десятиэтажный дом, рядом с ним еще один дом и еще один, целая улица этих домов. Это был обыкновенный советский район, это была обыкновенная советская улица, где ездили автомобили, работали магазины, люди спешили на работу и теперь здесь пусто. Проникаясь этими мыслями, твое тело вмиг обсыпается мурашками, словно сыпью. Перед твоими глазами стоят семьи на автобусной остановке, ты видишь густой трафик, ты видишь открытые форточки квартир, но этого больше не существует. Буквально за одно мгновенье все это перестало существовать.
Помни: в пяти случаев из шести свет в конце туннеля — это свет надвигающегося поезда.
Немного надежды – на самом деле очень много. Гораздо трагичнее видеть свет в конце туннеля, но не иметь возможности до него дотянуться, чем просто сидеть в кромешной тьме. Кто потерял последнюю надежду, по сути уже свободен, потому что ему уже нечего терять.
В 1941-м нам велели эвакуироваться из Москвы в Казань. Мы с отцом и матерью две ночи просидели в туннелях Курского вокзала. Это те самые туннели, из которых пассажиры сейчас выходят на перроны. Сейчас езжу с Курского — все время это вспоминаю.