Капля долбит камень не силой, но частым падением.
Ссылки на моё мнение о том, что Hародный фронт организовал или способствовал падению Ходжалы — это беспардонная ложь и бред. В то же время я говорил, что Hародный фронт воспользовался ситуацией вокруг Ходжалы, чтобы захватить власть.
Конец уходящего столетия преподнёс много сюрпризов. Крах или временное отступление коммунизма в Восточной Европе и СССР привели к падению двухполюсной системы, возникших после второй мировой войны, и, несомненно уменьшили риск возникновения третьей мировой войны.
Капля дробит камень не силой, но частым падением, так и человек делается мудрым не силою, но часто повторяющимся чтением.
История падения и история вознесения одинаково интересны.
Изощрение – искусство падения.
Лучше всего американцы умеют рисовать мишень в месте падения стрелы.
Моё падение — Встречаю улыбкою
Вера – первое, в чем я начал сомневаться. Потому что начал сомневаться в божественной справедливости. Еще в детском саду я задумался: а что, на небе со мной все будет так же, как с протестантами, как с католиками? Меня вообще всегда интересовала возможность несправедливости. Ко мне-то все были очень расположены, я с детства нравился людям, был, что называется, прелестным ребенком. Другие нравились меньше, и я замечал это. И по вечерам изводил маму вопросами, главный из которых был, конечно, «почему?». А она мне говорила: то, что ты нравишься людям, – дополнительные возможности и дополнительная ответственность. И только. Но во мне поселилось чувство вины, что смешно, из-за несправедливого мироустройства. А потом религия и вовсе перестала устраивать меня – из-за догмы, предписывающей, что можно, а что нельзя. А это опасно – любое предписание. Жизнь состоит из различий, все имеет право на жизнь. Мне ближе ментальность древних греков: они знали, что такое повороты колеса фортуны, взлеты и падения. У них глубже понимание самой природы человека, его натуры. Для них естество первично.
Гложет неизбежность падения
Чем пьедестал выше, тем угол падения больше.
Если ты видишь, как кто-то упал — подними его. Ведь ты сам не застрахован от падений!
Мужчина падает на колени перед женщиной только для того, чтобы помочь ее падению.
С той минуты, как попы, лавочники догадались, что потешные роты работников и учеников — дело очень серьезное, гибель New Lanark'a была неминуема. И вот отчего падение небольшой шотландской деревушки, с фабрикой и школой, имеет значение исторического несчастья. Развалины оуэнского New Lanark'a наводят на нашу душу не меньше грустных дум, как некогда другие развалины наводили на душу Мария; с той разницей, что римский изгнанник сидел на гробе старца и думал о суете суетствий; а мы то же думаем, сидя у свежей могилы младенца, много обещавшего и убитого дурным уходом и страхом — что он потребует наследства!
Если вам пытаются обрывать крылья — это беда, но не самое страшное. Хуже всего, когда вы отрываете их себе сами, боясь взлетов и падений.
В любой жизни есть свои взлёты и падения, – как говаривал один мой знакомый лифтёр.
Газета — это печатный орган, не видящий разницы между падением с велосипеда и крушением цивилизации. (вариант: Газета не знает различий между велосипедной аварией и катастрофой цивилизации.
После каждого падения снова стремись в высоту! Либо ты разобьешься насмерть, либо у тебя вырастут крылья.
Предугадать падение акций легко – достаточно их купить.
Листы летят, летят издалека,
из вянущих садов небесных словно;
и падают, с последним взмахом, сонно. И по ночам из звёзд уединённо
летит Земля, темна и нелегка. Мы падаем. Ладони гаснет взмах.
И видишь — так во всём. И тем не менее. Есть Тот, кто это долгое падение
так нежно держит на своих руках…
Под музыку.
Страшное ослабление, падение во мне эмоционального начала: воспоминание о чувствах. Чувствую только во сне или под музыку. Живу явно-рациональным началом: душа стала разумной, верней разум стал душой. Раньше жила смутой: тоской, любовью, жила безумно, ничего не понимала, не хотела и не умела ни определить ни закрепить. Теперь малейшее движение в себе и в другом — ясно: отчего и почему.
Выбивают меня из седла только музыка и сон.
Возьмите ручку и лист бумаги. Выйдите на улицу и присядьте где-нибудь под деревом или же останьтесь за своим рабочим столом и составьте список тех вещей, которые могут сделать вас счастливыми прямо сейчас: облака на небе, цветы в саду, играющие дети, … ваш возлюбленный или возлюбленная, сидящие в соседней комнате, ваши глаза, все еще обладающие хорошим зрением. Этот список бесконечен. Вы уже имеете достаточно всего, чтобы быть счастливыми сейчас. У вас достаточно всего, чтобы быть свободными от прихода и ухода, взлетов и падений, рождения и смерти. Питайте себя каждый день чудесными вещами, которые жизнь предлагает вам. Питайте себя в здесь и сейчас.
Сейчас литовская сторона сомневается в непреднамеренности нарушения ее воздушного пространства <..> На это я могу сказать, что мы потеряли самолет. Такими способами проводить разведывательную операцию может только идиот.
о падении российского истребителя Су-27 на территории Литвы
Правда — штука сложная. Она может убить, растоптать, уничтожить. Но сказав ее, испытав весь ужас падения в бездну страха, потом, как правило, обретаешь свободу, дышишь легче, ведь дело сделано, оковы сняты.
Таким образом, мужчины будут лежать на спинах, говоря о падении человека, и никогда не будут пытаться встать.
В общем курсе истории мимоходом упоминается, что Великое Княжение вместе с символами власти и государственно-церковными реликвиями из Киева во Владимир переносит Андрей Боголюбский — в 1169-м году. <…> По существу, с 1169 года Киев теряет значение общерусской столицы и общерусского центра государственности и больше никогда себе его не возвращает. <…> Те, кто сегодня на Украине и в России гадают, случится ли в Киеве «третий майдан» и не слишком ли это много за 12 лет, просто не знают старую Киевскую историю. Потому что за время от смерти Ярополка Владимировича в 1139 году до переноса столицы Андреем в 1169 году, то есть за тридцать лет, в Киеве произошло двадцать (!!!) государственных переворотов. Порой – по два либо три в один год. Андрей переносил столицу не потому, что чем-то ему не понравились киевские соборы, а потому, что понял — невозможно строить государство и править в нем в условиях постоянных бунтов и мятежей. <…> Двадцать государственных переворотов за тридцать лет – это пережить сложно. ДВАДЦАТЬ МАЙДАНОВ Древний Киев не пережил. Андрей, в целом пытаясь продолжить курс своего деда Мономаха, ориентированный на сохранение единства страны, решил отдать Киев во власть его «майданной судьбе» и стал собирать государство из нового центра. Хотя Киев, даже утратив статус столицы, не смог не справиться с этой судьбой, как не перестал и привлекать княжеские страсти. Перевороты и Майданы так и продолжались – практически до ордынского нашествия и падения Киева в 1240-м году. К этому времени за семьдесят лет в княжестве произошло еще четыре десятка переворотов – ЕЩЕ СОРОК МАЙДАНОВ. И с тех пор практически уже ни один из князей, формально занимавших киевский престол, собственно в Киеве уже и не правил.
В падении тоже есть свой позитив. Не надо бояться этого. Даже в депрессию я люблю упасть на какое-то время, она бывает для меня питательной. А находиться все время в какой-то стабильности, в довольстве… Это, мне кажется, какой-то кусок мяса, а не человек. Человек должен страдать!
Все элементы реальности, их подъёмы и падения, зависят от подъёмов и падений человеческой мысли.
Все переживаемые и грядущие бедствия и космические катаклизмы в значительной степени являются следствием порабощения и унижения женщины..
Страшное падение нравственности, болезни и дегенерация некоторых народностей имеют в основании рабскую зависимость женщины..
Грядущая эпоха будет эпохой не только Великого Сотрудничества, но и эпохой женщины.
Если понимаешь, что упадешь, главное — вовремя сгруппироваться.
Если не знаешь как сгруппироваться — избегай падений
Мне известен один секрет, как уберечь людей от падения, а именно — закрыть свое сердце для слабости.
В грязном падении человеку остаётся только одно: не оглядываясь, падать. Важно только делать это с интересом и энергично.
Я падения обожаю — в них больше силы, чем во взлетах. Меня бодрят трудности.
Общая причина низких цен — пессимизм. Мы ведем бизнес в такой среде не из-за самого пессимизма. Просто нам нравятся цены, которые он образует. Удачные возможности для инвестирования появляются, когда процветающие компании неожиданно оказываются в затруднительных ситуациях, что приводит к падению стоимости их акций.
Моему поколению чрезвычайно повезло участвовать в строительстве новой страны (после падения СССР). Это — секси, это — круто.
Мой отец всегда говорил, что нужно быть добрым к людям при взлёте, ведь вы будете в них отчаянно нуждаться при падении.
Можно вообразить и предвидеть всё, кроме глубины своего падения.
Всегда надо метить высоко, много работать и сильно любить то, во что веришь. При встрече с препятствиями следует хранить веру. При падении – следует немедленно подниматься и никогда не слушать тех, кто говорит, что не стоит двигаться дальше.
Будь вежлив с людьми на пути своего карьерного роста, поскольку ты обязательно с ними еще раз встретишься во время своего падения.
Высокомерие русского кабинета становится нетерпимым для европейцев. За падением Очакова видны цели русской политики на Босфоре, русские скоро выйдут к Нилу, чтобы занять Египет. Будем же помнить, ворота на Индию ими уже открыты.
По мере падения нравов нации на бедность смотрят все с большим презрением, а на богатство – все с большим уважением.
Научитесь уходить. По-настоящему уходить, не оборачиваясь назад и отчаянно не хватаясь за ниточки прошлого. Научитесь забывать плохое и вспоминать лишь хорошее. Научитесь воспринимать ошибки в качестве жизненных уроков. Поймите, жизнь не заканчивается на прочитанной книге, сломанном ногте или несчастной любви. Впереди вас ждет еще столько всего невероятного, что дух захватывает от одной только мысли. Непременно будут большие взлеты, но и падения тоже будут. Наслаждайтесь моментами! Ведь счастливой жизни не бывает, бывают лишь счастливые моменты, которые навсегда остаются в памяти. Так идите вперед за своими моментами!
Если нам не удастся справиться с этими проблемами, это может оказаться фатальным для партии и даже вызвать коллапс партии и падение государства
Все предметы, видимые глазом и осязаемые руками, становились пусты, легки и прозрачны — подобны светлым теням во мраке ночи становились они; ибо та великая тьма, что объемлет всё мироздание, не рассеивалась ни солнцем, ни луною, ни звёздами, а безграничным чёрным покровом одевала землю, как мать, обнимала её; во все тела проникала она, в железо и камень, и одиноки становились частицы тела, потерявшие связь; и в глубину частиц проникала она, и одиноки становились частицы частиц; ибо та великая пустота, что объемлет мироздание, не наполнялась видимым, ни солнцем, ни луною, ни звёздами, а царила безбрежно, всюду проникая, всё отъединяя: тело от тела, частицы от частиц; в пустоте расстилали свои корни деревья и сами были пусты; в пустоте, грозя призрачным падением, высились храмы, дворцы и дома, и сами были пусты; и в пустоте двигался беспокойно человек, и сам был пуст и лёгок, как тень; ибо не стало времени, и сблизилось начало каждой вещи с концом её: ещё только строилось здание, и строители ещё стучали молотками, а уж виделись развалины его и пустота на месте развалин; ещё только рождался человек, а над головою его зажигались погребальные свечи, и уже тухли они, и уже пустота становилась на месте человека и погребальных свечей; и, объятый пустотою и мраком, безнадёжно трепетал человек перед ужасом бесконечного.
Так говорили те, кто ещё имел охоту говорить. Но, вероятно, ещё больше могли бы сказать те, которые не хотели говорить и молча умирали.
Слава – наивысшая точка падения.
Падение (разложение) нравов от двоих:
— ученого, не стесняющегося публично вести себя аморально (безнравственно);
— а еще хуже — от невежды, ведущего аскетический образ жизни (отшельника). (эти двое могут сбить с толку огромное число людей; особо не задумывающейся инертной массе эти две категории очень интересны — для оправдания грехов, для обоснования крайностей и нелепых поступков).
Взлеты и падения — просто отражение результатов колебаний сроков кредита относительно точки их равновесия.
У меня нет нужды отвечать критикам. Я знаю, как и все, кто окружают меня, на что я способен. В футболе бывают взлеты и падения, и на неудачную игру можно ответить лишь хорошим выступлением в следующем поединке. Поэтому я не слушаю, что обо мне говорят другие, я просто стараюсь сосредоточиться на игре и пытаюсь получать от нее удовольствие.
Больше всего мне нравится знак: «Падение камней». И что мне делать с этой информацией? С тем же успехом можно было написать: «Впереди случайные аварии. Жизнь лотерея, пусть тебе повезет».
Тот, кто ни разу в жизни не покидал самолёт, откуда города и сёла кажутся игрушечными, кто ни разу не испытывал радости и страха свободного падения, свист в ушах, струю ветра бьющего в грудь, тот никогда не поймёт чести и гордости десантника…
Узнав о падении Плевны, фельдмаршал Мольтке сложил карту, по которой он следил за операциями на Балканах, и спрятал ее, сказав: До будущего года!
Ваш вопрос: как Бог «терпит» зло мира — вопрос древний. <…> Бог не «смотрит», но Сам страдает с нами (высшее страдание — Голгофа). Иного ответа нет. Мир в своей свободе уносится в небытие. Почему? Этого объяснить нельзя, ибо объяснение предполагает нечто рациональное. А здесь темная стихия. Здесь можно говорить только языком мифа и иконы. Сатана, падение, свобода, зло. Как выразить это в отвлеченностях?..
На любви ничего нельзя построить: она — бегство, боль, минуты восторга или стремительное падение.
Друзья называли ее светлячком. Ей принадлежала всего лишь жизнь, со своими взлетами и падениями, порой счастливая, порой печальная, такая же, как и много других жизней. Просто она любила смотреть иначе: ей принадлежала целая огромная жизнь и уже это само по себе было поводом никогда не сдаваться и в восторге трепетать на ветру хрупким тельцем светлячка. Светлячок… Бедная, маленькая, наивная девочка, ты просто не успела узнать одно, то, что порождает глубокую, безумную, страшную ненависть: когда в небе сверкают светлячки, собственная безысходная ночь человека кажется ему еще чернее.
Лучше свободное падение, чем принудительный полет.
Любовь представляет собой активное действие, а не пассивное принятие. Это «стояние в…», а не «падение куда-то.»
Гордость чаще всего приходит перед падением.
Мозг совершил полет разума,
но если впереди дно,
то это не полет, это падение!
Самая сложная ситуация в Латвии. Это пример третьего по силе кризиса в современной истории: первый — депрессия 30-х, второй — Аргентина, 2001 год, а третий — это сокрушительное падение ВВП в Латвии.
Надеюсь, что хюрбис все-таки приведет Афродиту к заслуженному падению, — заметил Дэмьен.
«Творчество есть жизнь, и оно состоит в игре противоречий и в борьбе, в контрастах, во взлётах и падениях. Без этого жизнь – серые будни, Чайковский, нытьё… Надо, чтобы был праздник жизни, чтобы был взлёт, чтобы было откуда взлетать.»
Зрение грехов, зрение того падения, в котором находится весь род человеческий, есть особенный дар Божий. Испроси себе этот дар, и понятнее будет для тебя книга Небесного Врача — Евангелие.
Не бойся совершать ошибки! И не отчаивайся от падений! Наберись терпения и мужества – восстанови силы, залечи «раны» и знай, что судьба обязательно предоставит тебе шанс!
Даже величайшая слава когда-то забудется. Каждый подъем — это падение вниз.
Истинное мужество есть не только воздушный шар подъёма, но и парашют падения.
Падение человека возможно лишь с высоты, и само падение человека есть знак его величия.
Во мне живут зверь, ангел и сумасшедший; мои сомнения и вопросы — их работа; моя проблема – их покорение и победа, падение и бунт; мои усилия — их самовыражение.
Утверждения армянских деятелей о том, что азербайджанцы сами организовали или же были заинтересованы в падении Ходжалы — это показатель подлости, не имеющей аналогии в мире.
Разве из того, что добрые гибнут, а злые живут и торжествуют, следует, что Бог зол? Я не вижу в этом логики. Я должен вначале убедиться, что смерть и падение — зло. Порой я думаю, что моменты их прихода являются для нас в высшей степени благостными. А мы, оглупленные своими страстями и чувствами, убеждены, что они приносят зло, так как не угодны и не по нраву нам.
Трамп — это человек, который заработал миллионы. Конечно же, Хиллари пытается его уколоть тем, что ему папа дал четырнадцать миллионов долларов. <…> Трамп сделал самого себя. Многим людям папа дал четырнадцать миллионов, и эти люди стали никем. Человек сделал самого себя. У него были безумные падения. Миллиардные падения. Человек после этого набирался наглости, приходил и говорил: «Окей, я всем вам раздам долги, только вы одолжите мне ещё». И потом выплывал. Это уникальный человек. Это целая эпоха, и я думаю, что если не получится у него стать президентом, то мы, во всяком случае, потеряем очень многое в плане того, что мир может немножко измениться, а я бы хотел, чтобы мир изменился в лучшую сторону. Я не идеализирую этого человека. Это прожжённый делец. Но лучше прожжённый делец, чем просто престарелая фигура, которой двигают пальцы, на которых кровь. Мне это не нравится.
Многие из романов Дика, прочитанные по отдельности, могут показаться кладовками, заполненными хаотичными и сложными идеями, как если бы автор пытался уместить в одну вещь сразу всё, что пришло ему в голову. Возможно, этот недостаток проистекает от тогдашней обстановки на книжном рынке и от тех жёстких ограничений по объёму, которые издательство «Эйс» установило для своих авторов. С другой стороны, можно поспорить: а стали бы его романы такими глубокими и богатыми по мысли, будь они хотя бы на четверть длиннее? Чудесная, многоуровневая паутина тем и концепций, образовавшаяся в результате такого вынужденного «процесса конденсации», придаёт творчеству Дика некий специфический привкус, ту самую характерную особенность, которая делает его творчество поистине уникальным. Непокорное, эксцентричное, экстравагантное — в любом случае, оно свидетельствует о том, что Дик, по-видимому, первый настоящий гений в фантастике со времён Стэплдона. Он — некий своеобразный гибрид Диккенса и Достоевского, обладающий даром комизма и увлекательности первого и трагической глубиной второго, но выбравший, тем не менее, такой вид литературы, где его эксцентричность пришлась как нельзя ко двору. В любом случае, как и многие НФ-писатели, он узнал и полюбил этот жанр, читая журналы задолго до того, как сформировались его литературные вкусы. Он так и не оправился от первого увлечения запретными прелестями ван Вогта.
Дик — один из мастеров современных неудовлетворенностей, в лучших традициях описателей безнадёжности, которая проходит через Свифта и Хаксли. Для Дика нет простых решений, нет лёгких установок и всемогущих супергероев. Его герои, часто хилые, часто совсем не отвечающие ситуации, стоят по колено в технологических отбросах и смотрят с тоской на видения, которые выходят за пределы их понимания. Настроение, доминирующее в книгах Дика, сродни угрюмым метафизическим комедиям — как, например, в сцене из романа «Снятся ли андроидам электроовцы?», где Рик Декард, уже полностью избавившийся от иллюзий, вдруг делает открытие, что жаба, которую он подобрал в пустыне, надеясь, что это последний экземпляр исчезнувшего вида, вовсе не живое существо, а всего лишь машинка. Эта жаба внушает нам такое же сильное отвращение, смешанное со смехом, как и робот у Гаррисона, работающий на угле (хотя там пафоса больше); должно быть, мы бессознательно противопоставляем эту жабу и этого робота великому образу Человека, Сына Божьего, видим их как символы одновременно и наших достижений и наших падений — нашего наследства Франкенштейна, превращённого в тягостный фарс.
Падение чересчур превознесенных писателей всегда совершается с необыкновенной быстротой.
Чем ближе государство к падению, тем многочисленнее его законы.
Падения не одну женщину поставили на ноги.
Я убежден, что направление, в котором движет страну Путин, само так или иначе покончит с его режимом. Весь вопрос во времени. Это может случиться быстрее от падения на Путина рояля, медленнее по причине его старости или по причине революции.
Я стараюсь ввести детей в гущу жизни и объяснить им, как любая отдельная хорошая черта человека, если она остаётся изолированной и не находит себе опоры во всём том хорошем, что имеется в природе человека, каждый раз рискует вновь затеряться в человеке или получить такое направление, которое одинаково легко может привести как к его падению, так и к его совершенствованию.
Падение слишком быстрое можно принять за полет.
В бронзовом зеркале можно увидеть, правильно ли одет; в зеркале истории можно разобраться в подъеме и падении нации; в зеркале людей можно увидеть, прав или нет. Теперь я потерял свое верное зеркало из-за смерти Вэйчжэна".
Правда — штука сложная. Она может убить, растоптать, уничтожить. Но сказав ее, испытав весь ужас падения в бездну страха, потом, как правило, обретаешь свободу, дышишь легче, ведь дело сделано, оковы сняты.
Даже если в моем ботинке нет камешка, я непременно его сам туда положу. Почему я борюсь с ощущением всяческого комфорта? Возможно, потому, что моя версия о счастье означает быть не очень счастливым. Я воспринимаю жизнь скорее как падение, с одной ступеньки — на другую. Если замедлю движение, возможно, достигну уровня, где толстый пушистый ковер предохранит меня от слишком сильной боли.
Смерти, дети, не бойтесь, ни войны, ни зверя, дело исполняйте мужское, как вам бог пошлет. Ибо, если я от войны, и от зверя, и от воды, и от падения с коня уберегся, то никто из вас не может повредить себя или быть убитым, пока не будет от бога повелено. А если случится от бога смерть, то ни отец, ни мать, ни братья не могут вас отнять от неё, но если и хорошее дело — остерегаться самому, то божие сбережение лучше человеческого.
Почему люди так любят изучать свое прошлое, свою историю? Вероятно, потому же, почему человек, споткнувшись с разбега, любит, поднявшись, оглянуться на место своего падения.
Он быстро научился говорить на языке нот, и оказалось, что ему было что сказать миру. Он возвращался домой, садился за фортепиано и творил. Музыка звучала в нем, она струилась насквозь, оседая черными знаками мелодий на нотных листах. В ней было всё: расплескавшаяся жизнь, первая неуверенная любовь, острые потери и долгая боль, стук колес и шепот человеческих голосов, взлет лесов и падение дождей.
Совпадение — это падение сов.
Россия есть только одна — империалистическая, и так будет до тех пор, пока российский империализм не будет вдребезги разбит, а русский народ не вылечится от него через познание, что больше всего бедствий его империализм приносит ему самому — жертв, страданий и падений.
Государство, теряющее свой флот, идёт к падению.
…Она ничего не боялась — ни чернильных пятен на пальцах, ни раскрасневшегося лица, ни растрепанных волос, ни заголившегося при падении на бегу колена.
Любовь представляет собой активное действие, а не пассивное принятие. Это «стояние в…», а не «падение куда-то». В самом общем виде активный характер любви можно описать утверждением, что любовь означает прежде всего давать, а не принимать.
Падение не провал. Провал в желании остаться жить там, где упал.
Печально опираться на славу других, ибо с падением этих устоев рушится все здание.
Чем духовнее человек, тем больше страшит его грех. Так же, как лунатика, очнувшегося над пропастью, охватывает ужас перед ней. В самом деле, грешники — моральные лунатики. Горе лунатику, очнувшемуся слишком поздно, когда ноги его уже скользят по краю глубокой пропасти. Ибо его пробуждение лишь засвидетельствует его падение в пропасть.
Вот ведь как можно дискредитировать, извратить прекрасное слово, как и само понятие, — демократия. Уверен, самое страшное, самое разрушительное, что произошло в истекшие десятилетия, — даже не разрушенное хозяйство и экономика (хотя это само по себе ужасно), а падение веры, особенно юных, только входящих в жизнь молодых людей, переворот в их сознании с нравственных основ на меркантильные интересы. На наших глазах выросло поколение, которое стопроцентно отвечает идеологии потребительства. Оно уже сформировалось, это молодое поколение, вкусившее прелести перестройки. Они поняли, что честным трудом много не заработаешь, не достигнешь желаемого благополучия. Обогащение осуществляется иными путями, и наглядно видно какими. Разве могли мы раньше услышать с экрана телевизора признания ребёнка, едва научившегося говорить: «Я буду миллионером»? Раньше мальчишки хотели быть лётчиками, моряками, потом космонавтами. Теперь миллионерами, бизнесменами, на худой конец — киллерами. Вот результат поставленной на поток идеологии, вернее, первые ее плоды. Сколько времени теперь потребуется, чтобы вернуть слову «демократия» его истинное значение?! Сколько усилий потребуется, чтобы в сознание юного «вундеркинда» вложить настоящие ценности?!
Столько имен, столько побед и завоеваний, погребенных в пыли забвения, делают смешною нашу надежду увековечить в истории свое имя захватом какого-нибудь курятника, ставшего сколько-нибудь известным только после своего падения.
Вот нынешний экономический кризис является уже самым длинным экономическим кризисом. Это рецессия, это депрессия – как угодно называйте – стагнация, но это кризис, это падение. Самый длинный в истории России после того, переходного кризиса.
Каждая тень, в конечном счете, тоже дитя света, и лишь тот, кто познал светлое и темное, войну и мир, подъем и падение, лишь тот действительно жил.
Падение капель воды подтачивает камень.
Вам не следует выходить на рынок акций до тех пор, пока вы не сможете наблюдать за падением своих акций на 50 % без паники.
Точно так, как человеку иногда посылаются мысли, вдохновения, чувства, которые лучше его, так, кажется, какая-то темная, посторонняя сила зарождает в нем иногда такие, которые хуже его, которых он, несмотря на свое падение, никогда не желал, никогда не искал, от которых силится и не может освободиться: не есть ли это доказательство того, над чем смеются или по крайней мере хотят смеяться питомцы философии 18 века? Доказательство существования врага, сеющего плевы посреди пшеницы душ человеческих? Мысли эти, говорю, не грех, но наказание: бог их допускает, дозволяет врагу терзать ими того, кто для этого врага приготовил храмину «убранну и пометену»; но и они, если только грешник обратится всем сердцем к богу, и они должны же наконец служить к благу и спасению: обратившемуся они напоминают прежнее его осквернение, сделавшее его вместилищем подобных чудовищ, и тем предохраняют от духовной гордости.
Мир не надо делить на материальный и духовный. Мир – это полноценная картина жизни, это события, встречи, мнения, критика, это счастье, горе, это полет и падение, это страх и поражение, это победа над обстоятельствами, это движение…