Женщины не готовы пожертвовать всем ради искусства настолько как мужчины. Они хотят иметь дом, любовь, растить детей, общаться с друзьями. Если вы хотите быть художником – плохие новости – у вас этого не будет. Вот и все. Мужчины легче принимают это.
Музыка – это высшая форма искусства. Она — абсолютно нематериальный вид искусства. Ей не нужен объект, она просто невероятна. После музыки следует перформанс, а затем – все остальное. Нематериальность перформативного искусства дает эту высокую ценность.
Чем больше вы думаете о смерти и смертности, тем больше вы наслаждаетесь жизнью. Потому что тогда вы не тратите время понапрасну. Вы просто сосредотачиваетесь.
Когда мне было 14, я выглядела ужасно. Я носила эти типичные восточноевропейские ботинки с подковками — так что все слышали, как я приближаюсь, — и удушающую блузку, застегнутую на все пуговицы. У меня была мальчишеская стрижка, прыщавое лицо и огромный-огромный нос.
Мои родители постоянно ссорились. Но при этом они постоянно отмечали все юбилеи своей свадьбы. Кажется, они просто праздновали то, что прожили вместе еще столько-то лет, не поубивав друг друга.
Чтобы получить какой бы то ни было опыт, нужна дисциплина. Любая церемония в любой из культур — спросите у любого продвинутого буддиста — подразумевает своего рода состязание с собой. Ты не испытаешь нечто искомое, пока не приложишь соответствующее усилие.
Я всегда была художником. На моей первой выставке были рисунки моих снов. Мне всегда снились очень красочные сны, и какую-то часть моей жизни я только и занималась тем, что рисовала сны.
Если вы можете изменить умы людей — вы можете изменить мир.
Я постоянно протестовала против всего, по большей части против моей матери. Однажды, чтобы защититься от неё, я размазала содержимое трёхсот баночек коричневого обувного лака по стенам, окнам и дверям моей комнаты и студии. Запах был невыносимым. План сработал идеально. Она открыла дверь, закричала и никогда не входила снова.
Мы всегда стремимся в будущее или ищем что-то в прошлом, но мы так мало времени проводим в настоящем.
Леди Гага как-то сказала, что я — источник ее вдохновения, после чего обо мне узнали все подростки от 12 до 18. Теперь я превратилась в брэнд как джинсы или кока-кола.
Перформанс — это процесс, а не результат.
Когда меня спрашивают, где я родилась, я никогда не говорю «в Сербии». Я из страны, которой больше не существует.
Больше всего на свете я боюсь поверить в собственное величие.
Если вы творите без публики – вы не получаете необходимые энергию и поддержку. Когда вы собираете людей вместе, вы создаете мощнейшее энергетическое поле.
Если ты пожил в Нью-Йорке, ты вряд ли сможешь жить где-то еще. Жить в Париже — это как жить в режиме замедленной съемки. Буржуазно и скучно.
Когда меня спрашивают, где я родилась, я никогда не говорю «в Сербии.»
If you can change people's minds — you can change the world.
The more you think about death and mortality, the more you enjoy life. Because then you do not waste time. You just focus.
Because in the end you are really alone, whatever you do.
Once, Picasso was asked what his paintings meant. He said, Do you ever know what the birds are singing? You don’t. But you listen to them anyway.” So, sometimes with art, it is important
just to look.
У меня были непростые отношения с матерью. Например, она могла разбудить меня посреди ночи, если я спала не идеально ровно. Теперь я сплю так аккуратно, что когда останавливаюсь в отеле, они думают, что я вообще не пользовалась кроватью.
Это только ты и я.
Это глаза и взгляд.
Это истинное общение.
Это более значительно.
Во мне до сих пор живет хорошая маленькая девочка. Когда я не занимаюсь искусством, я становлюсь очень тихой и совершенно обычной.