Если мы хотим сравнить результаты современной физики частиц с идеями любого из старых философов, то философия Платона представляется наиболее адекватной: частицы современной физики являются представителями групп симметрии, и в этом отношении они напоминают симметричные фигуры платоновской философии.
Философия не признаёт иного счастья, кроме себя, счастье, в свою очередь, не признает никакой философии, кроме себя; таким образом, и философ счастлив, и счастливец считает себя философом.
В сущности, философия — это когда один философ доказывает, что все остальные философы — болваны. Обычно он убеждает нас в этом, а заодно и в том, что и сам он из их числа.
Человек не устраним из философии. Познающий философ погружен в бытие и существует до познания бытия и существования, и от этого зависит качество его познания. Он познает бытие, потому что сам есть бытие.
Философии значат столько, сколько значат философы. Чем больше величия в человеке, тем больше истины в его философии.
Пусты слова того философа, которыми не лечится никакое страдание человека. Как от медицины нет никакой пользы, если она не изгоняет болезни из тела, так и от философии, если она не изгоняет болезни из души.
Каждый человек — домашний философ. Но его практическая философия, в отличие от профессиональной, формируется особым путем: она вырастает из жизненного опыта и обычно служит оправданием уже сложившегося образа жизни.
Те, которые надеются стать философами путем изучения истории философии, скорее должны вынести из нее то убеждение, что философами родятся, так же как и поэтами, и притом гораздо реже.
Гегель может быть назван философом по преимуществу, ибо изо всех философов только для него одного философия была всё. У других мыслителей она есть старание постигнуть смысл сущего; у Гегеля, напротив, само сущее старается стать философией, превратиться в чистое мышление.
Вся античная философия была ориентирована на простоту жизни и учила некоторой непритязательности. В этом смысле немногие философы-вегетарианцы оказали человечеству большую услугу, чем все новые философы, и до тех пор, пока эти философы не наберуться мужества и не отправятся на поиски совершенно иного образа жизни, и не покажут это на собственном примере, они останутся пустым местом.