Кто за подачку быть готов рабом,
Его бы об котел измазать лбом!
Бывает так, что странный в ином сидит задор:
Он по любой причине с людьми вступает в спор.
Такому не перечьте: ни зернышка не даст,
Когда хоть слово скажут ему наперекор.
А сам — с огромной ложкой у каждого котла. —
Эх, кто котлом бы — сажей ему лицо натер!
Хоть одной ногой —
но в огонь.
В огонь.
Наш мир — котёл, под котлом — жар, над котлом — пар, а в котле — варево, в котле — мы с вами, и хоть и вырывается иногда у восторженных любителей хлёсткой фразы, вынесенных помешивающим черпаком со дна котла наверх, что вот, мол, удалось им найти райский уголок, не верьте им, наш мир на рай не похож, да и углов в котле нет.
В медном котле между тем могучее средство вскипает.
Наш вклад в общий котел смогут оценить только черти в аду.
Развод — это предохранительный клапан супружеского котла.
Беседа с дураком котла пустого хуже. Он пуст внутри, при том, что закопчен снаружи.
Лучше плавать, имея двумя-тремя пушками меньше и на полузла медленнее, чем со всеми пушками и котлами затонуть при первой же аварии.
Должно быть, зрелые блудницы
огонь и пыл, слова и позы
воспринимают как страницы
пустой предшествующей прозы.