Я должен быть вместе со своим народом.
Бог пришел не для того, чтобы упразднить страдания, и даже не для того, чтобы их объяснить. Он пришел, чтобы наполнить их своим присутствием.
Удовольствие — всегда благо, и страдание — всегда зло, но не всегда полезно наслаждаться удовольствием, полезно порою и испытывать страдание.
Я думаю, самая главная, самая коренная духовная потребность русского народа есть потребность страдания, всегдашнего и неутолимого, везде и во всем. Этою жаждою страдания он, кажется, заражен искони веков. Страдальческая струя проходит через всю его историю, не от внешних только несчастий и бедствий, а бьет ключом из самого сердца народного. У русского народа даже в счастье непременно есть часть страдания, иначе счастье его для него неполно. Никогда, даже в самые торжественные минуты его истории, не имеет он гордого и торжествующего вида, а лишь умиленный до страдания вид; он воздыхает и относит славу свою к милости Господа. Страданием своим русский народ как бы наслаждается. Что в целом народе, то и в отдельных типах, говоря, впрочем, лишь вообще.
Нет народа, о котором было бы выдумано столько лжи, нелепостей и клеветы, как народ русский.
Россия есть только одна — империалистическая, и так будет до тех пор, пока российский империализм не будет вдребезги разбит, а русский народ не вылечится от него через познание, что больше всего бедствий его империализм приносит ему самому — жертв, страданий и падений.
Западники были неправы потомy, что они отрицали своеобразие русского народа и русской истории.
Никогда русский народ не жил так плохо, как при Обаме.
Я всегда гордился своим народом.
Я — националист. Шовинист бы сказал, что мой русский народ самый лучший из всех других. А я как патриот утверждаю: русский народ не хуже других. Но я горжусь, что я русский.