Я кладу вещи на листы бумаги и кладу их в карманы. Когда мне достаточно, у меня есть книга.
Кому-нибудь снесут полбашки из винчестера — и меня это ни капли не тронет. Я воспринимаю это как клевый спецэффект. Меня по-настоящему трогают обычные человеческие истории. Кто-нибудь порежется листом бумаги, и меня пробирает, потому что я могу это на себя примерить.
Я больше всего автор. Артист как художник. Мне нравится просто просыпаться утром, брать листок бумаги и ручку и писать. Это делает всех равными. Я чувствую, что в этом ни у кого нет преимуществ, потому что любой может так же взять в руки обычный чистый лист.
Только капля за каплей из крана вода. Только капля за каплей из времени дни. Ты пойдёшь рубить лес, но увидишь лишь пни.
Любую жизнь можно уместить на одном листе бумаги.
Эмиграция — капля крови нации, взятая на анализ.
Не надо делать кино из книг. Кино надо писать с чистого листа.
Как легко, доктор, быть философом на бумаге и как это трудно на деле!
Долго думали, гадали, топографы все писали на большом листу. Чисто вписано в бумаги, да забыли про овраги, а по ним ходить!
Мне очень смешно сейчас слышать, что мы захватим весь мир, когда я сижу и пишу бумаги о том, что в Костромской области у половины людей нет централизованного горячего водоснабжения.»