Вечер зажёг фонари, тихо из города снег улетает.
Он читал город, как книгу, как рассказ о невидимых зданиях, поглощенных историей.
Тают огни фонарей, в городе снега совсем не осталось.
«Мы здесь вдали от сугробов»
Про снег и воду: «Иногда можно позволить себе роскошь — растопить снег, дистиллировать его для чая: классная вещь, вода весь букет чая вытаскивает в отличие от жесткой водопроводной воды.»
Не привыкайте к каждодневности, не становитесь
слепым и глушим к новому дню!
Каждый день разный, и каждый день является чудом.
Ни вечные снега, ни вечно голубые небеса меня также не вдохновляют. Я искал «совершенства» в человеческом, живом, земном
Там, где жалуются все, не слышно жалоб.
Пустыня… Замело следы
Кружение песка.
Предсмертный хрип: «Воды, воды…»
И — ни глотка.
В степных снегах буран завыл,
Летит со всех сторон.
Предсмертный хрип: «Не стало сил…»—
Пургою заметен.
Пустыни зной, метели свист,
И вдруг — жилье во мгле.
Но вот смертельно белый лист
На письменном столе…
Как самое правдивое общество всегда приближается к одиночеству, так самая великолепная речь в конце концов падает в тишину. Тишина слышна всем, всегда и везде.