Надо уметь радоваться успехам других, а зависть и гордыню в себе давить, потому что они к добру не приводят.
Я горжусь Шевченковской премией. Она для меня очень дорога. Я её очень и очень поздно получил. Я её получил в 93-м году. Причем символично — за Шолом-Алейхемовского «Тевье-Тевеля.»
Шекспир сказал: «Мир — театр и все мы в нём актёры». А Сковорода ещё дополнил, сказал: «И каждый играет ту роль, на которую его поставили.»
«Я видел величественную Амазонку, но дыхание у меня перехватывает от спокойного величества Днепра… Роскошь Версаля поразила меня, но мне больше нравится уютная красота Массандровского дворца в Крыму… Я видел ещё много чего, но я люблю Украину. И верю: вы тоже любите!»..
В кино я хожу только тогда, когда внук придёт и скажет: «Боня, посмотри этот фильм, он хороший». И тогда я иду в кино. Недавно посмотрел «Катынь» Вайды. Но это не внук, это мне Вайда посоветовал.
Вся наша жизнь — сплошная импровизация, а значит, вся наша жизнь — это джаз.
Я вообще-то конфликтный человек. Был. В молодости.
[Я учу молодых актёров], как себя морально вести жизни. Я не учу их играть, потому что этому научить невозможно. Я учу, как им быть, работать, наконец, жить в театре.
Я действительно много повидал, немало путешествовал на машине, поездом, самолетом, был даже на мысе Доброй Надежды, на краю земли, где пингвины ходят! Интересно, но честно скажу, побывать в далеких краях хорошо, но в Украине — лучше! У нас есть столько прекрасных мест!
У нас очень трудно быть министром. Потому что заведено у нас так: если ты артист — ты хороший, а если стал министром — ты уже плохой. Причём сразу, на следующий день.
Я говорю, что я украинский актёр, который снимается в российских фильмах. А в Польше я говорю, что я украинский актёр, который снимается в польских фильмах.
Нас всех научили быть с двойным, тройным дном. Помните фразу «Мы говорим партия — подразумеваем Ленин, мы говорим Ленин — подразумеваем партия»? И так всю жизнь — одно говорим, другое подразумеваем.
Если поверишь в то, что каждый твой шаг на сцене — великое искусство, то это уже катастрофа! Только сомнение даёт прогресс.
Как говорил Михаил Александрович Ульянов, «я не хочу пополнять когорту бездарных театральных и кинорежиссёров.»
Мне все говорят: Богдан, ты помешался на своих украинцах. А я вот недавно выяснил, что семья Фрейда была родом из Украины, из местечка Тысменица. Поехал туда. Вот, говорю, ведь Фрейд из ваших мест. А они без понятия. Сидят все и норковые шубы шьют.
Я уверен: чтобы человеку глупости в голову не лезли, его всегда надо загружать работой так, чтобы он мёртвым домой приходил.
Я рассчитываю на публику, потому что для себя можно сесть в туалете — и играй себе, сколько хочешь.
Если классику играл, то и жизнь недаром прошла. Все мы временны, а классика будет вечно.
Завелось такое количество звёздочек в кино и с такой гордыней, что не знаешь, как к ним подступиться. Ничего не сделали, глаза налево, направо скосили, но уже подавай им космический корабль.