Скорсезе снимает фильмы как влюбленный. Кто-то делает это как диктатор, кто-то — как механик, а он — как влюбленный. Он очень сосредоточен; для него важно все, и нет ничего незначительного.
Реклама духов принесла мне больше известности, чем любой фильм, в котором я снималась.
Реклама — это средство заставить людей нуждаться в том, о чем они раньше не слыхали.
Раньше кино снимали совсем не такое, как сейчас. Оно было более наивное, но одновременно и более глубокое. И более человечное, что ли. В старом кино смерть — это всегда трагедия, даже если умирает какой-то второстепенный, совсем незаметный персонаж. А в каждом втором современном фильме чуть ли не горы трупов — и никому их не жалко. Ни зрителям, ни героям…
Если говорят о рекламе, это плохая реклама. Если говорят о товаре, это хорошая реклама.
Отсутствие рекламы — тоже своеобразная реклама. Когда любая информация о человеке на вес золота, это вызывает дополнительный интерес. Например, Михаил Шуфутинский, когда его знали только по записям, был очень популярен. А как только по ТВ закрутили его клипы, он сдулся в два года. Разумеется, это не главное. Прежде всего надо найти свой ключ и быть самобытным артистом.
Гусеница делает всю работу, но бабочка получает всю рекламу.
Всё, что не некролог — это реклама.
Если по телевизору вы видите отличный фильм с первоклассными актёрами, интересным сюжетом и потрясающими диалогами, — это значит, что вы смотрите рекламу.
Дмитрий Борисов: Об этом и не только сразу после небольшой рекламы. *реклама* Вечерние Новости продолжаются, идём далее.