Вот откуда мои резкость и запальчивость. Мой сволочной характер существовал всегда, теперь он стал ещё хуже. Из своего затворничества я выхожу лишь по делам. Совершив набег на внешний мир, я снова уединяюсь в своей крепости и поднимаю мосты над окружающими её рвами. Чтобы тебя любили, надо всегда улыбаться, перед всеми расшаркиваться, добиваться всеобщей благосклонности, носить в портупее своё, пусть лживое и фальшивое, сердце. Улыбаться важнее, чем быть самим собой. Но пресмыкаться – не в моём характере. Потому что тогда человек утрачивает свою личность. Она становится подделкой, превращаясь в прыгающее через обруч по чужому свистку, существо. Утверждая, что являюсь звездой, я имею ввиду следующее: мне нравится быть первым, я не скрываю этого. Но я стремлюсь к этому не из мелкого тщеславия. Я хочу, чтобы меня считали звездой в знак признания моих трудов, упорства и заслуг.
Я не хочу, чтобы рабочий был принесён в жертву плодам своего труда. Я не хочу, чтобы рабочий был принесён в жертву моим удобствам и моему тщеславию или же удобствам и тщеславию всего класса, состоящего из таких, как я. Пусть ситец будет хуже, а люди будут лучше. У ткача нельзя отнимать сознания, что главное — это он, а не его работа.
Смысл. Оставить след во Вселенной. Но не безмолвный памятник былого величия. Не бесполезный монумент мёртвого тщеславия. Быть полезными кому-то ещё, кто будет жить тысячелетия после нас.
…на свете всегда должны быть дураки, которые жертвуют личными интересами во имя общественных, получая взамен поношения и неблагодарность. И тщеславие нашептывает мне, что я должен быть одним из этих дураков.
Человеку, который долго говорит о себе, трудно избежать тщеславия.
Тщеславие выбирает, истинная любовь не выбирает.
Мужское тщеславие рядом с женским не более чем скифский курган, поставленный рядом Эверестом.
Ложная скромность так же гнусна, как и тщеславие.
Можно влюбиться в себя без памяти, и потеряться в лабиринте тщеславия. Когда вокруг тебя не останется настоящих людей.
Людьми правят гордость и эгоизм, а движут тщеславие и предрассудки.
Никто не имеет права обижать другого, сколь угодно слабого, некрасивого и бестолкового. Никто и никогда! Ни один человек, даже самый умный, смелый, талантливый и красивый. А если он все же это делает — значит, пытается самоутвердиться за чужой счет. Обижаться тут абсолютно не на что: обидчик не тебя третирует, а свое тщеславие развивает…
Мудрость освобождает умы от тщеславия.
Пока не станешь простым как ребёнок, не сможешь достичь Божественного просветления. Отбрось тщеславие обретенного тобой мирского знания и знай, что оно бесполезно в обители высшей Истины. Будь прост как дитя, и лишь тогда ты достигнешь знания Истины.
Тщеславие порождает дурака, надменность — злобу.
Касательно поста скажу: осяжи сердце твое, не окрадено ли оно тщеславием, и если не окрадено, осяжи вторично, не делает ли тебя пост сей немощным и в исполнении дел, ибо немощи этой не должно быть, и если и в этом не вредит тебе, пост твой правильный.
Ядовитую сущность тщеславия хорошо знал Лев Толстой. В своих ранних дневниках он жестоко обличает себя за тщеславие.
Но если мы захотим соображать историю с пользою народного тщеславия, то она утратит главное своё достоинство, истину, и будет скучным романом.
Несправедливо, конечно, но так уж повелось, что в зависимости от успеха или неудачи те же самые решения или признают хорошими, или осуждают как плохие. Поэтому обычно одни и те же поступки определяют как рвение и как тщеславие, как щедрость и как безумие.
… от Канн, где царит тщеславие, и до Монако, где царит рулетка, в эти края приезжают лишь для того, чтобы пускать пыль в глаза или разоряться, и под этим прекрасным небом, в этом саду цветущих роз и апельсиновых деревьев, люди выставляют напоказ свое пошлое чванство, глупые претензии, низкие вожделения, обнажая натуру человеческую во всем ее раболепии, невежестве, наглости и алчности.
Нет меры тщеславия, есть лишь мера умения скрывать его.
? Одни сказывают, что он, отъезжая из своего отечества в Пелопоннес, не прибыл туда, почему и смерть его осталась в неизвестности. Другие пишут, что он, ехав в одно публичное собрание, упал с коляски и раздавил себе живот, отчего впоследствии и умер, а также, будто бы на каком-то высоком повешен был дереве. А иные повествуют, что он, принесши жертву, вместе с прочими 80 человеками пропал ночью. Когда его начали разыскивать, то один из приносивших с ним жертву свидетельствовал, что он в полночь слышал глас, зовущий Эмпедокла, и видел просиявший небесный свет. Таковое свидетельство прекратило дальнейшие поиски; и Эмпедокл был причислен к богам. Но некоторые с сим повествованием не согласуются, утверждая, что он не в сие время, а уже после пропал, а именно: весьма близко подошел к жерлам Этны, повергся добровольно в средину пламени и в оном сгорел, имея целью подтвердить своим сокрытием о нем разнесшуюся молву. Впрочем, он не достиг своего конца ? одна из его растопившихся медных туфлей выброшена, и была найдена после, что весьма явно обнаружило его безумие. О сём весьма хорошо говорит Лукиян в диалоге: Менипп и Аякс.
* М. Что тебя, Эмпедокл, понудило повергнуться в пламень Этны?
Э. Меланхолия.
М. Нет, не меланхолия, но тщеславие, ослепление и грубое невежество понудило тебя сожечься. Впрочем, это для тебя было без всякой пользы: ибо смерть тебя не совсем скрыла.
Также и Тертуллиан весьма остро говорит об Эмпедокле: «Для него мало прославиться в потомстве Героем; он захотел быть причислен в число богов. Он был некогда, как сказывал сам о себе, терновым кустом и рыбою, ибо учил преселению душ; и потому, конечно боясь, чтобы не сгнить в могиле подобно рыбе, почел за лучшее броситься в Этну, дабы изжариться.»
Единственное лекарство против тщеславия — смех, и единственный недостаток, над которым можно смеяться, — тщеславие.
Что бы стало с могуществом женщин, если бы не мужское тщеславие?
Красивыми женщинами часто стараются овладеть не из любви к ним, а из тщеславия.
Есть такие лестные для человека грехи, что исповедоваться в них значило бы впасть в грех тщеславия.
Скромность — худшая форма тщеславия.
Ни тщеславием, ни красотой одежд или коней, ни украшением не добывай чести, но мужеством и мудростью.
Глупость и тщеславие вечно идут рука об руку.
Гордыня всегда возмещает свои убытки и ничего не теряет, даже когда отказывается от тщеславия.
Смерть — таинственное лекарство против тщеславия.
Мир — это не более чем тщеславие, принимающее разные обличья.
Если всерьез задуматься, человеком движет страх смерти и тщеславие. Но тщеславие есть тоже выражение страха: хочется быть заметным, хочется, чтобы на тебя обратили внимание, не подумали плохо, стали думать лучше, чем прежде. Страшно, если не подумают лучше.
Тщеславие, если его тронуть пальцем, кричит: кожу дерут!
У каждого человека тщеславия ровно столько, насколько у него не хватает ума.
Люди склонны к проявлениям тщеславия, особенно актёры. Но уверяю, когда я ещё готовилась к съёмкам, то уже хорошо знала, на что шла. Мне нравится моя работа, я отдала Нейтири всю себя. Не важно, узнали ли меня люди или нет. Ведь тут есть и хорошая сторона, если люди меня не узнают, то моё лицо им не так хорошо запомнится, и значит, будет больше возможностей для личной жизни.
Изучай все не из тщеславия, а ради практической пользы.
Усилившееся тщеславие рождает гордость. Гордость есть крайняя самоуверенность, с отвержением всего, что не мое, источник гнева, жестокости и злобы, отказ от Божией помощи, «демонская твердыня». Она — «медная стена» между нами и Богом (Авва Пимен); она — вражда к Богу, начало всякого греха, она — во всяком грехе.
Я пользовался любой дыркой в законодательстве и всегда лично рассказывал членам Правительства, какой дыркой в их законах и как я буду пользоваться или уже пользуюсь. Да, это была маленькая месть, возможно — грех тщеславия. Но, надо отметить, они вели себя прилично: судились, перекрывали дырки новыми законами и инструкциями, злились, однако никогда не обвиняли меня в нечестной игре. Это был наш постоянный турнир.
Если какое-нибудь явление превышает, по нашему мнению, силы человека, то мы тотчас же говорим: это дело Божие; наше тщеславие не может удовольствоваться меньшим. Не лучше ли было бы, если бы мы вкладывали в свои рассуждения несколько меньше гордости и несколько больше философии?
Не доверяй секреты чужому тщеславию, оно — худший советчик и лучший предатель.
Гордость, обедающая тщеславием, получает на ужин презрение.
Впереди гордыни идут затраты, а тщеславие — самая дешевая монета в мире.
Избирать самого себя для свершения великого и трудного дела — это или безумие тщеславия, или осознание своей гениальности.
Самая могущественная страсть — тщеславие. Спаси меня от этой страсти, и я сам избавлюсь от остальных.
Мудрость желает одобрения, тщеславие требует похвал.
Тщеславие — страшная сила, действующая внутри нас и против нас же самих.
Как сказывается человеческое тщеславие в туалете! Какая масса людей живет ради него и какой оборот денег оно создаёт! Безумие чванства и показуха, ни перед чем не останавливающиеся, даёт работу убогим и позволяет им прикрывать свою наготу.
Тщеславие – ярчайшая примета посредственности.
И гордость, и самолюбие, и тщеславие, сюда можно прибавить — высокомерие, надменность, чванство, — все это разные виды одного основного явления — «обращенности на себя»
Тщеславие вызывает отвращение у всех по той простой причине, что оно всем без исключения свойственно, а два тщеславия не сойдутся никогда.
Человек «современных идей», эта гордая обезьяна, страшно недоволен собой – это неоспоримо. Он страдает, а его тщеславие хочет, чтобы он только «со-страдал».
Люби свой инструмент, но в своем тщеславии не считай его высшим и единственным. Помни, что существуют другие и столь же прекрасные. Помни и о существовании певцов; не забудь, что самое высокое в музыке находит свое выражение в хоре и оркестре.
Изменения моды — это налог, которым изобретательность бедняков облагает тщеславие богачей.
Для умного человека благодарность не является тягостным чувством. Если вы хотите угодить людям, то найдете, что разумнее пользоваться одолжениями, даже искать их, чем оказывать; ибо тщеславие одолживающего всегда польщено, тщеславие же обязываемого редко.
И кино, и жизнь — это просто большая ярмарка тщеславия.
Жесткое разделение рас — этот плод тщеславия всей этнографии — невозможно.
Есть две разновидности тщеславия: тщеславие общественное и тщеславие частное, зовущееся спокойной совестью, человеческим достоинством, самоуважением, — настолько справедлива истина, что в каждом из нас живут два человека, тот, кто действует, и тот, кто судит.
Когда,любимые глаза в слезах…
А,ты тщеславию рад
Так, значит ты — большой дурак!
Корону царскую сними,
И тихонько иди,иди….
Пока,те самые глаза…
Не натворили чудеса??
Тщеславие склонно умалять достоинства других и преувеличивать собственные.
Душа — это тщеславие и телесные радости, когда ты здоров, но в то же время — желание вырваться из тела, как только человек заболевает или дела перестают идти на лад. Из этих двух поз выбираешь ту, которая тебе удобней в данную минуту, — и все тут! Пока можно выбирать — вы в порядке.
Не говори мне, что такой-то восседает на колеснице, высоко поднимает брови и окружен толпой телохранителей… Нет, покажи мне отличие начальника не в этом, но в его состоянии по душе, то есть управляет ли он своими страстями, побеждает ли недуги [сердца] : например, обуздывает ли пристрастие к деньгам, укрощает ли ненасытимую любовь плотскую, не сохнет ли от зависти, не возмущается ли сильной страстью тщеславия, не боится ли и не трепещет ли бедности или неблагоприятной перемены, не умирает ли от этого страха. Такого покажи мне начальника: вот это — власть. Но если он, управляя людьми, сам раболепствует страстям, о таком я скажу, что это раб больше всех людей… А кто сбросил с себя эту власть, не увлекается злыми пожеланиями и не страшится, не трепещет безрассудно нищеты и бесславия и прочих неприятностей настоящей жизни, того, хоть он одет в рубище, сидит в тюрьме и закован в цепи, назову начальником, и свободным, и царственнее царей. Такая власть не покупается за деньги и не имеет завистников, ее не знают ни язык злоречивого, ни глаз зложелателя, ни ухищрения коварных, нет, живя как бы в неприступном убежище любомудриия, она всегда остается неодолимой и не уступает не только другим обстоятельствам, но и самой смерти. Это доказывают мученики: тела их разрушились и обратились в прах и пыль, но власть каждый день живет и действует: прогоняет демонов, искореняет недуги, возбуждает целые города и ведет сюда [в церковь] народ. Сила этой власти не только при жизни обладающих ею, но и по смерти такова, что не по принуждению, а по доброй воле и с охотой все идут сюда и нисколько не утомляются продолжительностью
Я абсолютно лишён тщеславия. Нет ничего более глупого, чем успех. Нельзя преодолевать стометровку за 9,9 секунды в каждом забеге.
Славолюбивый человек служит игрушкой для умных, кумиром для глупцов, добычей для паразитов и рабом для собственного тщеславия.
Надо иметь некоторый опыт обращения с людьми, чтобы отличить знаки истинной благосклонности от льстивых любезностей, сказанных из корысти или из тщеславия.
Ничто так не унижает человека, не делает его таким жалким, как тщеславие.
Человек может быть гордым, не будучи тщеславным. Гордость скорее связана с нашим собственным о себе мнением, тщеславие же — с мнением других людей, которое нам бы хотелось, чтобы они составили о нас.
Бог скорее простит удавившегося, чем погибшего ради тщеславия.
Тщеславие делает любезными людей, не стоящих любви.
Требование взаимности не есть требование любви, но тщеславия и чувственности.
Праздность погубила больше женщин, чем страсть, тщеславие — больше, чем праздность, легковерность же — больше, чем праздность и тщеславие вместе взятые.
Под самоизоляцией человека нетрудно обнаружить фундамент из честолюбия и тщеславия.
Трусость спрашивает — безопасно ли это? Целесообразность спрашивает — благоразумно ли это? Тщеславие спрашивает — популярно ли это? Но совесть спрашивает — правильно ли это? И приходит время, когда нужно занять позицию, которая не является ни безопасной, ни благоразумной, ни популярной, но ее нужно занять, потому что она правильная.
У гордости может быть благородное великодушие, у тщеславия никогда ничего не бывает, кроме низкой зависти.
Самое чувствительное наказание, какому может подвергнуться тщеславие, — это презрительное невнимание.
Тщеславие заставляет совершать столько же преступлений, сколько и злоба.
Вопреки расхожему мнению, любовь занимает не так уж много места в жизни женщины. Ее муж, дети, дом, удовольствия, тщеславие, светские и сексуальные отношения, продвижение по социальной лестнице значат для нее гораздо больше.
Тщеславие, эта нестерпимая, мучительная жажда успеха, — есть великая пытка для ума и состоит из зависти, гордости и алчности.
Личное тщеславие рассеивается братьями, семейное — одноклассниками, классовое — политикой, национальное — поражением в войне. Однако человеческое тщеславие остается…
Если средства или обстоятельства не позволяют тебе блистать, не старайся скрывать лишений; скорее избери другую крайность: цинизм своей резкостью импонирует суетному мнению света, между тем как мелочные ухищрения тщеславия делают человека смешным и достойным презрения.
Тщеславие предпочитает клевету молчанию, но забвение душит его.
И гордость, и самолюбие, и тщеславие, сюда можно прибавить — высокомерие, надменность, чванство, — все это разные виды одного основного явления — «обращенности на себя.»
— Вас невозможно встретить ни на какой тусовке — принципиально туда не ходите?
— Тут никакого принципа нет, просто противно. Не люблю этого…
— Ярмарка тщеславия?
— Понимаете, когда кичатся украденными деньгами или когда в нищей стране хвастают, может быть, даже праведно заработанными — по-моему, это неприлично, и зачем же я буду в этом участвовать?
Подлинный художник лишен тщеславия, он слишком хорошо понимает, что искусство неисчерпаемо.
Я считаю, определенная степень нарциссизма нужна: это формирует чувство собственного достоинства. Называйте как хотите: эго, тщеславием, — но человеку эти качества необходимы, чтобы двигаться вперед. Важно знать себе цену и иметь стойкие убеждения.
Кто-то сказал, что астрономия прививает смирение и воспитывает характер. Наверное, нет лучшего доказательства глупости человеческого тщеславия, чем этот далёкий образ нашего крошечного мира. Для меня, он подчёркивает нашу обязанность быть добрее друг с другом, беречь и лелеять бледно-голубую точку — единственный дом, который мы когда-либо знали.
Источник зла есть тщеславие, а источник добра — милосердие…
Разновидностей тщеславия столько, что и считать не стоит.
Когда сделанное нам добро не трогает нашего сердца, оно задевает и раздражает наше тщеславие.
Ненависть к пошлости — это тоже пошлость, нельзя ненавидеть обездоленных. Не надо просто быть пошлым самому, а ненависть к пошлости — очень у многих подогревает тщеславие и уважение к себе.
Имея дело с людьми, помните, что вы имеете дело не с существами логики, а с существами, изобилующими предрассудками и мотивированными гордостью и тщеславием.
Тщеславие лишает людей естественности.
…гении таковы: в крови их помимо лейкоцитов, эритроцитов и тромбоцитов живут капли желчи, тщеславия и жестокости», — роман «Дождь
История – один из наиболее опасных вымыслов человеческого ума. Ее свойства хорошо известны. Она заставляет людей мечтать, опьяняет их, порождает ложные воспоминания, меняет привычки, не дает затянуться старым ранам, мучает в свободное время, вызывает манию величия или манию преследования и вызывает у народов чувство стыда, гордости, нетерпимости и тщеславия.
История может оправдать все, что угодно. Она абсолютно ничему не учит, поскольку хранит любые примеры.
В музыке всегда бываешь наказан, когда лжешь и пишешь из тщеславия. Музыка может быть только скромной и искренней.
В каждом человеке ровно столько тщеславия, сколько ему недостает ума.
Все, что ты потеряешь ради Бога, сохранишь; все, что сохранишь ради себя, потеряешь. За все, что дашь во имя Божие, воздастся тебе сторицей; все, что дашь во имя своей славы и тщеславия, пропадет. Все, что примешь от людей во имя Божие, принесет тебе радость; все, что примешь от людей как вознаграждение, принесет тебе заботы.
Тщеславие — довод необычайной силы. «Смотри на меня» — одно из основополагающих человеческих побудителей.
Женские драгоценности выставляют напоказ мужское тщеславие.
Визитка соответствует тщеславию обладателя.