Распорядок развлечений ещё монотоннее, чем распорядок повседневности.
Как артист, я никуда не пропадал. Я работаю постоянно и много. На телевидении сейчас свои законы. Они приглашают, в основном, молодых. Главным стало шоу, развлечение. Выступления стали массовыми, с большим количеством людей на сцене, которые одеваются как-то странно и даже раздеваются перед зрителями. Это не те концерты, что были раньше целомудренные и несущие зрителям искусство. Сейчас же, наоборот, нет никакой морали в этих зрелищах, и людей не поднимают, а опускают в нравственном и духовном смысле. Поэтому такие артисты, как я (с талантом, но без наглости), сейчас на телевидении не нуж— ны. Но хочу сказать: чем меньше я появляюсь на ТВ, тем больше людей приходит на мои концерты. У нас постоянные аншлаги, и зрители идут на мои концерты с радостью. Некоторые примелькавшиеся на телеэкране «звезды» уже и поднадоели. И хочется чего-то другого. А у нас концерты живые, в постоянном контакте с публикой. Людям это нравится.
У меня было прекрасное время в детстве, когда я жил со своими братьями, у нас было много развлечении, но я всегда чувствовал себя одиноким.
А если спросить грубо материалистически: что даёт поэзия?
— Поэзия не развлечение и даже не форма искусства, но, скорее, наша видовая цель. Если то, что отличает нас от остального животного царства, — речь, то поэзия — высшая форма речи, наше, так сказать, генетическое отличие от зверей. Отказываясь от неё, мы обрекаем себя на низшие формы общения, будь то политика, торговля и т. п. В общем, единственный способ застраховаться от чужой — если не от своей собственной — пошлости. К тому же поэзия — это колоссальный ускоритель сознания, и для пишущего, и для читающего. Вы обнаруживаете связи или зависимости, о существовании которых вы и не подозревали, данные в языке, речи. Это уникальный инструмент познания.
Время бежит неумолимо. Дни сменяются годами. Не успевают отгромыхать одни новогодние праздники, как на смену им уже приходят другие. В жизнь вторгаются новые встречи, новые лица, кто-то уходит быстро, кто-то остаётся. У одних море идей и грандиозные планы, другие пытаются жить за счёт чужого. Кто-то откладывает деньги, планирует поездки, покупки, делает всё, чтобы обеспечить будущее, кто-то живёт сегодняшним днём и старается не думать о том, что может случиться завтра. Есть и те, кто погряз в депрессии и уже ни на что не надеется, и те, для кого депрессия — вообще непонятный термин, они живут полной жизнью, встречаются, влюбляются, создают семьи, осваивают новые специальности и кидаются как в омут с головой в новые развлечения и увлечения… И ведь именно так и должно быть! Это наша жизнь, и она очень и очень коротка! Поэтому СПЕШИТЕ ЖИТЬ!
Мы ищем на стороне развлечений только потому, что наши жены не умеют придать прелести обладания прелесть разнообразия.
Лично я готов рискнуть собственным благополучием ради развлечения, кстати, вашим тоже.
Cамое интересное дело на свете – учиться – становится для многих школьников утомительным занятием. А чаще, конечно, нежелание учиться происходит от боязни перед трудностью учения, от незрелости ума, склонного больше к развлечениям, чем к раздумьям. Есть единственно действенное профилактическое средство от этих детских болезней – самообразование. В начале самостоятельного жизненного пути очень важно преодолеть себя, заставить сесть за серьёзные книги..
Убрав сейчас в раковину свою тарелку, Юрий не волновался, как она к обеду вновь окажется чистая в шкафу, но был убежден, что произойдет это всенепременно. Точно также не задумывался он, почему в комоде его всегда ждала свежая, подшитая и выглаженная одежда, каким образом постельное белье обновлялось на кровати каждые две недели, мылись полы, чистилась ванна с туалетом, протирался его рабочий стол. Все это Ольга делала в его присутствии, на его глазах, но он не придавал этому вообще никакого значения, попросту не замечал, как гость на свадебном торжестве не придает значения и не замечает официантов, меняющих блюда и бутылки на столах, играющих на инструментах музыкантов, хлопоты тамады, организующей очередной конкурс, а лишь наслаждается угощениями, музыкой и развлечениями.
Юрий был гость, праздный пассажир на лодке именуемой «семейная жизнь»… он пребывал в постоянном комфорте и уюте, сам ничего не делая и не получая никаких укоров от супруги. Все происходило совершенно естественно и легко, но именно поэтому он даже не догадывался, каким подарком судьбы была для него Ольга.
Человечество, завязнувшее по уши в гниющем болоте своих страхов, алчности, распущенности, высокомерия и предательства, ждет своего принца в сияющих доспехах. Люди ждут избавления, спасения… Люди ждут, что кто-то пострадает за них, что кто-то взмахнет волшебной палочкой и все расставится по местам. Люди ждут манны небесной, а получают очередной чумной вихрь, сметающий всю гниль на своем пути. Пусть мои книги станут проклятой болезнью! Пусть их яд покроет язвами уши и души любителей легковесности и развлечений. Достаточно проституции на литературном рынке. Да здравствует империя чистого слова! Глобально, не правда ли?
Говорят, в том же Чикаго в барах для развлечения посетителей играли на пианино. И там были таблички с надписью, что переводится: «Не стреляйте в пианиста, он играет, как может.»
Жизнь — не развлечение, это сплошная скука. Вот почему я пишу картины, занимаюсь обманом. Настоящее — на холсте, там душа. Наверно, и с комиксами так же.
Мы живем, так нам говорят, в постидеологическом обществе.
Нас интерполируют. То есть власть относится к нам не как к подданным, обязанным исполнять свой долг, жертвовать собой — а как к субъектам развлечений.
«Раскрой свой потенциал». «Будь собой.»
Как печально, что я никогда не смотрю футбол для развлечения.
Афоризмы служат отнюдь не только для развлечения или украшения речи, они, безусловно, важны и полезны в деловой жизни и в гражданской практике.
Funday — для развлечений. Runday — для поручений. Someday — для мечтаний. Oneday — для целей. Noneday — для небытия. Zenday — для медитации.
О, странники земные! о, вы все, стремящиеся или влекущиеся по широкому пути, при неумолкающем шуме земных попечений, развлечений и увеселений, по цветам, перемешанным с колючим тернием, спешащие по этому пути к концу, всем известному и всеми забываемому — к мрачному гробу, к еще более мрачной и страшной вечности, остановитесь! Отряхните обаяние мира, постоянно содержащее вас в плену! Прислушайтесь к тому, что возвещает вам Спаситель, обратите должное внимание на слова Его! Покайтеся и веруйте во Евангелие, говорит Он вам, покайтеся: приближися бо царствие небесное.
Я не ищу сочувствия. Мне плевать на публику. Мне плевать на развлечения. Я не собираюсь на работу. Мне наплевать. Лучше, чтобы ты ненавидел меня, потому что так ты остаешься подальше от всего этого. Я действительно не люблю людей. Они гнилые.
Жил в Германии хрупкий болезненный юноша. Заикался от неуверенности. Избегал развлечений.
Когда я вижу вокруг себя, как люди, не зная, куда девать свое свободное время, изыскивают самые жалкие занятия и развлечения, я разыскиваю книгу и говорю внутренне: этого одного довольно на целую жизнь.
Всем, кто занимается охотой, надо посоветовать поставить себя на место тех животных, на которых они охотятся. Пусть они представят себе, каково это — умирать, чувствуя чудовищный страх, когда тебя настигает свора собак и людей с ружьями. У тебя никаких прав, никакой защиты, никакого выхода. Собаки набрасываются на тебя, и подоспевшие люди в тебя стреляют. Почувствуй эту адскую боль от вонзающихся в тебя клыков и пуль. А люди веселятся и радуются: твоя смерть — это для них развлечение.
Если есть что-то такое, что я ненавижу всей силой моей души, то тебя — тебя, польская леность, польский оптимизм растяп, лентяев и трусов. Саксонская проказа, шляхетская парша не перестает нас разъедать. Уже с шестнадцатого века для нас начинает не существовать то, что является работой человечества. То, что составляло всю жизнь человечества, вся его кровавая работа является для нас развлечением. Сенкевич кодифицировал и придал форму нашему состоянию. Он является классиком польской темноты шляхетского невежества. От него в художественной форме живёт протянувшаяся аж до наших времен саксонская эпоха нашей истории. Презрение, вытекающее из неразумности, беспамятства, неспособности увидеть, является позором мыслящего существа. Популярность Сенкевича среди народных масс — это зараза шляхетской лени.
Говорят, в том же Чикаго в барах для развлечения посетителей играли на пианино. И там были таблички с надписью, что переводится: «Не стреляйте в пианиста, он играет, как может». Видимо, наши чиновники от медицины тоже играют, как могут. Но фальшивят ужасно. А если так — нет, стрелять я не призываю — но не пора ли их заменить?
Какая жалость, что в Англии нет иных развлечений, кроме греха и религии.
Кирилл Клеймёнов:' (прощание в выпуске от 8 мая 2018 года) Ну, вот и наступило время прощаться. И не до завтра. Впрочем, возможно, что и не навсегда. Так или иначе, сегодня мы прощаемся. И не только потому, что все проекты и все герои временны, — и только время вечно, надеюсь, программа «Время» — тоже. А потому настала пора прощаться, что с самого начала это было, как сказано у классика, повествование в отмеренных сроках. Мы, не буду скрывать, хотели вас немного развлечь. А ведь нет ничего более занудного, чем затянувшееся развлечение. Конечно, не мне судить — но, надеюсь, миссия выполнена. Берегите себя и помните — политика, она как жизнь — невероятно серьёзная и одновременно — невероятно смешная штука и держаться надо ровно посередине. Мы пытались. На этом — все. Пока.
Всем известно, что за деньги можно купить туфли, но не счастье, еду, но не аппетит, постель, но не сон, лекарство, но не здоровье, слуг, но не друзей, развлечение, но не радость, учителей, но не ум.
Его музыка безусловно не просто развлечение, в ней звучит вся трагедия человеческого бытия.
Книга – превосходный собеседник и великолепное орудие; она – чудесное лекарство и замечательное развлечение; она приносит необыкновенные доходы и дает отличное ремесло; она – прекрасный товарищ и приятный гость; она – наилучший советчик и домочадец. Я не знаю более доброго соседа, более справедливого друга, более покорного спутника, более послушного учителя, более одаренного сотоварища; я не знаю никого менее скучного и надоедливого и в то же время никого, чей характер был бы более глубок и полон; я не знаю никого менее противоречивого и преступного, менее глупого и более далекого от лжи и клеветы; более удивительного и распорядительного, менее хвастливого и стеснительного; более далекого от сомнения, более решительно отказывающегося от смуты, более мягкого в споре и лучше предотвращающего сражения, чем книга.
В индустрии развлечений самой удачной идеей было разделение людей на два пола.
Развлечение — это счастье тех, кто не умеет думать…
Искусство должно быть прекрасным, доступным или не очень, интеллектуальным, но не отвратительно патологически отталкивающим. Театральная сцена — это не отстойная яма, это не нужник. Даже если вы не изучали историю театра, то, я уверена, слышали о площадных театрах, которые, например, были в Германии. Это не выдавалось никогда за искусство, это было развлечение для толпы: хлеба и зрелищ! Когда на сцену выходили, пукали и тушили пуканьем свечи. Маргинальная толпа была в восторге.
Искусство развлечения всегда было, но оно должно занимать свое место. Расцвет индустрии развлечений свидетельствует о неправильно понятой свободе.
Мне нравится заново изобретать классику, вдохновляясь поп-культурой: начиная с музыки и искусства, заканчивая модой и развлечениями. После тридцати лет в модной индустрии я понял, что классика переживёт все тренды.
Размышления о смерти в духе Паскаля свойственны людям, которым не приходится бороться за выживание, за то, чтобы прокормиться и прокормить детей. Вечность занимает умы тех, у кого есть для этого время. Это своего рода развлечение.
Разговоры о голосованиях, выборах, митингах и гражданской позиции мы считаем формой массового развлечения, наряду с обсуждением футбольных матчей и игрой в «Счастливого фермера».
Разве не может быть так, что неким высшим существам доставляет развлечение искусный поворот мысли, удавшийся — пускай и безотчетно — моему разуму, как забавляет меня самого проворство суслика или испуганный прыжок оленя?
В жизни важны всего три вещи. Они движут и тобой, и любой живой тварью: первая – выживание, вторая – общественный уклад, третья – удовольствие. Все в жизни проходит через эти три этапа. Причем после удовольствия уже ничего нет, Отсюда вывод: смысл жизни – достичь третьего этапа. Достиг его – и дело в шляпе. Но сперва – пройди два предыдущих … Самый очевидный пример – секс. Исходно он служил выживанию, потом стал частью общественного уклада: отсюда брак. А потом он переходит в разряд развлечений.
Книги — идеальное развлечение: ни рекламы, ни батарей, ни часов удовольствия за каждый потраченный доллар. Что мне интересно, так это то, что никто не носит с собой книгу о тех неизбежных мертвых точках в жизни.
Любовь для праздного человека — занятие, для воина — развлечение, для государя — подводный камень.
Люди, которые видят в жизни что-то большее, чем просто развлечение, не уловили сути.
Я делаю игры для того, чтобы люди получали от них удовольствие, для их развлечения. В моем детстве игр не было, их роль выполняли фильмы и книги.
Телевидение — дешевое и вульгарное развлечение.
Таковы они, женщины, и их глобальный проект, по сравнению с которым загрязнение окружающей среды и мир во всём мире просто пустяк, — замужество. Этого хотят они все. Женщины и замужество — это отличное сочетание, особенно в деревне, где так мало развлечений и они быстро приедаются.
Настанет сладкое послевкусие и минутное забытье, а потом, как и всегда, проснёшься на лестнице в подъезде, в грязи, куртка измазана чужими харчками с пола, и тело снова ноет, замерзшее, голодное, ноет ещё сильнее чем было, и так без конца, пока однажды проснуться просто не получится. Нет, это не героин. Это магазины, бренды, еда, развлечения, гаджеты, яркие фотки, восхищение окружающих, восхищение неизвестных людей, деньги, карьера как источник денег, кураж, острота эмоций, секс, жёсткий секс, опасность, секс с чужой супругой, секс мужчины с мужчиной как протест, протест как зеленая краска для волос, протест ради протеста, протест как аттракцион, как американские горки, антисоциальность, алкоголь, спайсы. Ну или героин.
Вы, дворяне, вы, сыновья моих полководцев, мягкие и щеголеватые, верящие в свое происхождение и свое богатство, не обращающие внимания на мои приказания и свои успехи — вы пренебрегли стремлением к знаниям и предались развлечениям, праздности и глупым развлечениям. Клянусь Господом, я ничего не думаю о вашем благородстве и красоте. Другие могут восхищаться вами. Знайте это без всякого сомнения; если вы не восполните быстро свою праздность энергичными усилиями, вы никогда не получите никаких привилегий от Карла Великого.
Чаще всего мы больше радуемся детским шалостям, играм и проделкам наших детей, чем их вполне сознательным поступкам в зрелом возрасте, словно бы мы их любили для нашего развлечения, как мартышек, а не как людей.
Мы делаем не документальный фильм для исторического канала. Когда люди говорят, что в фильме слишком много секса, я в ответ говорю: послушайте, ребята, вечерами им нечего было делать, если быть откровенными! Секс был очень важной частью их жизни, у них не было ТВ, газет или айпадов. Любое развлечение, которое у них было, им нужно было организовать самим для себя.
Удовольствие не обязательно должно быть примитивным. Это может быть игра в шахматы или интеллектуальное развлечение – выяснение того, как устроен мир. Это может быть любознательность исследователя нового мира. То, что заставляет человека залезать в тесную, набитую взрывчаткой ракету, просто чтобы взглянуть на Землю из космоса, можно назвать серьезным стимулом.
Люди… Что я могу сказать о людях… Да ничего хорошего! Вы когда-нибудь видели лису, которая надела на себя кожу человека? Вы когда-нибудь видели крокодила, который держал в зубах сумку из человеческой кожи? Вы когда-нибудь видели свинью, которая ела младенца, у которого было во рту яблоко? Вы когда-нибудь видели, как овцы сдирают с людей кожу? А вы видели где-нибудь, чтобы тигр заставлял человека прыгать с тумбы на тумбу в цирке? Вы видели когда-нибудь медведей с ружьём в руках, или оленей которые отстреливают людей ра- ди развлечений? Вы видели оленя, который отрывал у человека голову и вешал её на стену в своём доме для украшения? Нет! И никто никогда не увидит. Зато мне пришлось видеть, как старая женщина хвасталась лисьей шубой. Голова бедной лисы безвольно лежала на плече этой дамы, которая радовалась трупу, который украшает её старческую шею. Мне горько видеть мертвых поросят, которые лежат на столах и позорно держат в зубах яблоко. Мне пришлось видеть, как группа молодых охотников отстреливала мирных оленей ради того, чтобы отрезать их рога и повесить в своих жилищах. Как богатый мужчина выстрелил в медведицу, у которой были маленькие медвежата, а потом он позировал рядом с истекающим кровью телом, перед рисующим портрет художником. И он улыбался. А мне больно видеть мертвых животных, в то время, как человечество с удовольствием смотрит на смерть и смакует её зловонное дыхание каждую минуту. Человек это единственное существо, которое любит извращения и наслаждается видом звериной смерти.
Экономика восприятия это не только развлечение. И рождается это восприятие не в головных офисах, а на местах — в точке взаимодействия с клиентом.
Нет ничего более безнадежного, чем развлечение по плану.
Люди… Что я могу сказать о людях… Да ничего хорошего! Вы когда-нибудь видели лису, которая надела на себя кожу человека? Вы когда-нибудь видели крокодила, который держал в зубах сумку из человеческой кожи? Вы когда-нибудь видели свинью, которая ела младенца, у которого было во рту яблоко? Вы когда-нибудь видели, как овцы сдирают с людей кожу? А вы видели где-нибудь, чтобы тигр заставлял человека прыгать с тумбы на тумбу в цирке? Вы видели когда-нибудь медведей с ружьём в руках, или оленей которые отстреливают людей ра- ди развлечений? Вы видели оленя, который отрывал у человека голову и вешал её на стену в своём доме для украшения? Нет! И никто никогда не увидит. Зато мне пришлось видеть, как старая женщина хвасталась лисьей шубой. Голова бедной лисы безвольно лежала на плече этой дамы, которая радовалась трупу, который украшает её старческую шею. Мне горько видеть мертвых поросят, которые лежат на столах и позорно держат в зубах яблоко. Мне пришлось видеть, как группа молодых охотников отстреливала мирных оленей ради того, чтобы отрезать их рога и повесить в своих жилищах. Как богатый мужчина выстрелил в медведицу, у которой были маленькие медвежата, а потом он позировал рядом с истекающим кровью телом, перед рисующим портрет художником. И он улыбался. А мне больно видеть мертвых животных, в то время, как человечество с удовольствием смотрит на смерть и смакует её зловонное дыхание каждую минуту. Человек это единственное существо, которое любит извращения и наслаждается видом звериной смерти. — Эльзарэтт-Виктория Кинэвард Источник: Цитата писательницы и поэтессы Эльзарэтт-Виктории Кинэвард (1995) из её книги «Монолог неизвестной актрисы»
Твоё последнее письмо необычайно обрадовало меня, так как оно показало мне, что ты избавляешься от своих маленьких слабостей, которые, кстати сказать, меня беспокоили; что ты понимаешь своё положение и с энергией и достоинством стремишься обеспечить своё будущее. Но, милый Карл, не впадай, в противоположную крайность.
Не говоря уже от том, что общительность много даёт человеку, особенно молодому, с точки зрения развлечения, отдыха и развития, благоразумие в свою очередь требует — и этим нельзя пренебрегать, так как теперь ты не один — найти себе поддержку некоторых людей, разумеется, честным и достойным образом.
Национальные государства любят войну, города-государства – торговлю, семьи – стабильность, а люди – развлечения.
Кинематограф перестал быть инструментом постижения человеческой души и снова стал развлечением. Парад аттракционов и изощренный суперпрофессионализм блокбастеров убили стремление понять человека. Зато какой парад специальных эффектов!
Любимым развлечением мужчин, детей и прочих зверей является потасовка.
В фантастических снах человек высвобождает свои внутренние силы, которые просто не могут быть порождены обычными событиями; большому городу тоже необходимы такие сны.
В обычных ситуациях развлечения, существующие в современном мире, либо полезны для здоровья и безобидны (кино, телевизор, катание на велосипеде, игра в теннис, полеты на вертолете, пешие прогулки, посещение футбольных матчей), либо абсолютно вредны и разрушительны для общества (употребление наркотиков, бесшабашная езда, групповое насилие).
Однако у человека существует глубокая потребность выплеснуть наружу дикие эмоции, воплотить собственные подсознательные процессы, но так, чтобы это не несло в себе общественной опасности. Короче говоря, существует потребность в санкционированных общественностью действиях, которые являются для социума равноценным материальным эквивалентом ночных видений.
Творческие способности… фундаментально отличают человека и от животных, и от роботов, однако творчество не общедоступно. Это ведь умение сначала представить то, чего еще нет, а затем найти в себе силы воплотить придуманное в жизнь. Такой дар присущ считанным процентам населения, причем даже имеющийся творческий импульс легко «перебивается» соблазнами — главным образом, убогими развлечениями и опасными пороками.
Плебейские развлечения: практика проведения досуга, характерная для «низшего» социального слоя. «Карен! Дональд! Давайте пойдём вечером поиграем в боулинг! И не думайте вы об обуви… её скорее всего дают на прокат.»
Замени ненужные развлечения домоседством
Надеюсь, по крайней мере, что печальный опыт заставит тебя несколько внимательно относиться к своему здоровью. Ведь после чистой совести оно — величайшее благо человека, а за грехи молодости, за неумеренные или просто сами по себе вредные развлечения приходиться тяжело расплачиваться.
Ну, ты знаешь, как это обычно бывает с людьми: «Вау, сегодня вечер пятницы, а ты что делаешь? Просто сидишь тут?» — «Да». Потому что снаружи ничего нету. Только тупость. Тупые люди собираются с тупыми людьми. Пускай отупляют себя. Я никогда не страдал от необходимости пойти куда-нибудь вечером. Я прятался в барах, потому что не хотел прятаться на фабриках. Вот и все. Приношу извинения миллионам, но я никогда не был одинок. Я люблю себя. Я — самое лучшее развлечение из того, что у меня есть. Давайте пить больше вина!
Настанет сладкое послевкусие и минутное забытье, а потом, как и всегда, проснёшься на лестнице в подъезде, в грязи, куртка измазана чужими харчками с пола, и тело снова ноет, замерзшее, голодное, ноет ещё сильнее чем было, и так без конца, пока однажды проснуться просто не получится. Нет, это не героин. Это магазины, бренды, еда, развлечения, гаджеты, яркие фотки, восхищение окружающих, восхищение неизвестных людей, деньги, карьера как источник денег, кураж, острота эмоций, секс, жёсткий секс, опасность, секс с чужой супругой, секс мужчины с мужчиной как протест, протест как зеленая краска для волос, протест ради протеста, протест как аттракцион, как американские горки, антисоциальность, алкоголь, спайсы. Ну или героин.
Я не хочу принимать на себя развлечения парня и его проблемы. Вы знаете, когда у вас хорошие и теплые отношения с человеком, когда вы просто совершенно счастлива и спокойны, рады просто болтать и ничего не делать. Я хочу вернуться домой после работы, стереть косметику, и прижаться к тем, кого не волнует то, как ты выглядишь, и с этими людьми мне очень хорошо.
Этот жанр можно определить как «иконографию». Без икон жизнь пресна, это старая истина. Но, понимаете, поп-иконы и гей-иконы не канают на фоне настоящей кровищи. Золотые оклады тоже сильно все портят, за ними не видна судьба. Иконография – самый строгий жанр, потому что совершенно не прощает халтуры. Нельзя перебрать с пафосом, будут ржать. Нельзя беречь героя. Нельзя делать героя неуязвимым – слишком мощным, с горой мышц (это броня, она запрещена), бессмертным, с фигой в кармане, с нечеловеческим геномом, слишком интеллектуальным и всезнающим (знания – броня, она запрещена), нельзя делать героя женатым, детным, семейным (семья — броня), предельная любовь к жизни должна соседствовать с танатосом, потому что только на фоне танатоса жизнь выглядит остро, четко, поэтично. У героя не может быть грубого, тяжелого лица. Он не должен быть зрелым. Это какие-то давно забытые категории «прекрасного», о которых сейчас помнят, по-моему, только японцы. Поэтому все вменяемые люди смотрят анимэ с полуоформленными подростками, на каждом из которых Рана и Миссия. Невыносимо больно видеть потуги Голливуда с его отличным пониманием необходимости Героики («Мстители» кричат об этом своей пачкой суперменов) и полным прососом основ жанра. Нет ни одной идеи. «Человечество» Голливуда, за которое бьются последние десятилетия все красивые морды Америки – это гламурная полая форма, в которой ничего нет. Нет мотивации – спасай человечество. Человечеству совершенно пох, потому что единственная реакция, на которую оно способно – это с воплями бежать от камней с неба, дожевывая гамбургер или двигая перед собой детскую коляску. Как бы диалог со спасаемым, вообще, нужен. Спасение безразличного и невтемного объекта – это просто корпоративное развлечение, в которое посвящен лишь онанист-спасатель.
Я всегда относился к бизнесу как к приятному развлечению и порой забываю, где кончается работа и где начинается личная жизнь.
Мне БОЛЬНО, понимаете? Я ободранный человек, а вы все в броне. У всех вас: искусство, общественность, дружбы, развлечения, семья, долг — у меня, на глубину, НИ-ЧЕ-ГО.
Музыка очень важна. Я никогда не считал музыку развлечением. Она может быть развлечением, но это лишь маленький сегмент ее возможностей. В настоящее время мы используем музыку в очень узком смысле. Надеюсь, в будущем люди будут использовать весь спектр ее возможностей.
Плебейские беседы: беседы, вызывающие удовольствие за счёт подчёркнутой неинтеллектуальности. Одна из самых приятных сторон «плебейских развлечений.»
«Когда хочешь закрепиться на новом уровне — не до развлечений», 2008.