Жизнь его была связана с морской стихией, и сушу он знал только как «берег», то есть как ту часть земного шара, которую благое провидение предназначило для танцевальных заведений, портовых девок и кабаков — всего того, чем полон сказочный «Матросский рай», — а потому сохранял первозданную простоту и был чужд нравственных экивоков, иной раз вполне тождественных тем искусственным построениям, что носят названия добропорядочности и благопристойности. Но беспорочны ли моряки, любители бродить по «Матросскому раю»? Отнюдь нет, однако у них так называемые пороки гораздо реже, чем у обитателей суши, порождаются нравственной низостью, и в злачные места их влечёт не столько порочность, сколько избыток жизненных сил после долгих месяцев воздержания — просто и прямо, в полном согласии с естественными законами.
Если у человека появится хотя бы одна корыстная мысль, его твердость обернется малодушием, его знание — безрассудством, его милосердие — жестокостью, а чистота — порочностью. Вся жизнь его будет загублена. Вот почему древние считали бескорыстие величайшим достоянием. Тот, кто обладает им, вознесется над целым миром.
Принципы избежания мясной пищи, сформулированные Пифагором, если они верны, учат чистоте и невинности; если они ложны, то, по крайней мере, они учат нас бережливости, да и велика ли будет ваша утрата, лишись вы жестокости? Я всего лишь пытаюсь лишить вас пищи львов и стервятников. Мы способны обрести наш здравый смысл, лишь отделившись от толпы — ибо зачастую сам факт поощрения большинством может служить верным признаком порочности того или иного взгляда или образа действий. Спросите себя: «Что нравственно?», а не «Что принято среди людей? Будьте умеренны и сдержанны, добры и справедливы, навсегда отрекитесь от кровопролития.
Некоторые люди только и делают, что осуждают других, забывая о добрых делах представителей различных групп и национальностей и упоминая об их недостатках. Такой человек подобен мухе, которая покидает здоровое место и садится на рану, а причина этого кроется в порочности душ и дурном нраве.
В женщинах> очень не люблю блядства — то есть любования собственной порочностью, гордости за неё.
Невозможно «пить мало», «курить редко», «изменять жене в пределах разумного». Нет «золотой середины» при определении степени порочности. Нельзя деградировать в меру.
Добродетель — это <…> некое здоровье, красота, благоденствие души, а порочность — болезнь, безобразие [позор] и слабость.
То, что кто-то считает порочностью, я всегда считала просто ещё одним способом человеческого существования.
Критики Мухаммада видят огонь вместо света, безобразное вместо хорошего. Они искажают и преподносят каждое хорошее качество как великий порок. Это лишь отражает их собственную порочность. Критики слепы. Они не могут понять, что единственный «меч», которым владел Мухаммад — это меч милосердия, сострадания, дружбы, прощения. Этот меч покорял врагов и очищал их сердца. Он был острее, чем стальной меч.
Справедливость не есть часть добродетели, а вся добродетель, и противоположность ее — несправедливость — не часть порочности, а порочность вообще.
Мы лжём на словах, лжём движениями, лжём из учтивости, лжём из добродетели, лжём из порочности; лганье это, конечно, много способствует к растлению, к нравственному бессилию, в котором родятся и умирают целые поколения, в каком-то чаду и тумане проходящие по земле. Между тем и это лганье сделалось совершенно естественным, даже моральным: мы узнаем человека благовоспитанного по тому, что никогда не добьёшься от него, чтоб он откровенно сказал своё мнение.
Мудрость отвечает недостойным людям по благости души своей, а не по их душевной порочности.
Ничто так не влияет на порочность или праведность человека, как его друг.
Не следует страшиться ни бедности, ни болезней, ни вообще того, что бывает не от порочности и не зависит от самого человека.