Один в Витебском районе взял телефонный справочник и всех переписал. Ну как его зарегистрировать? Этого не регистрировали, остальных зарегистрировали — 10 человек. Я им отдал 600 тыс. своих подписей. У меня где-то было 2 млн 700 тысяч, я им отдал, чтобы ЦИК их зарегистрировал. Зарегистрировали всех, под железным моим давлением.
Искусство это подпись цивилизаций.
Горжусь, что во всех, проведённых мною кампаниях, ни разу не разрешил переписать ни один протокол. Да, результаты многим не нравятся, но на каждом участке, куда у партий хватало сил направлять своих представителей, стоят их подписи. Обжаловали всё, что угодно, даже расположение мебели, но никто не обжаловал результаты.
Не всегда видна подпись Бога, но на всем стоит Его печать.
Есть люди, которые как будто выделаны машиной, на заводе, выпущены на свет Божий целыми однородными сериями, и есть другие, как бы «ручной работы», — и такой была Гиппиус. Но помимо её исключительного своеобразия я, не колеблясь, скажу, что это была самая замечательная женщина, которую пришлось мне на моём веку знать. Не писательница, не поэт, а именно женщина, человек, среди, может быть, и более одарённых поэтесс, которых я встречал.
Думаю, что в литературе она оставила след не такой длительный и прочный, не такой яркий, как принято утверждать. Стихи её, при всём её мастерстве, лишены очарования. «Электрические стихи», — говорил Бунин, и действительно, эти сухие, выжатые, выкрученные строчки как будто потрескивают и светятся синеватыми искрами. Однако душевная единственность автора обнаруживается в том, что стихотворение Гиппиус можно без подписи узнать среди тысячи других. Эти стихи трудно любить — и она знала это, — но их трудно и забыть. В статьях — хотя бы в тех, которые подписаны псевдонимом Антон Крайний, — по общему мнению, сложившемуся ещё задолго до революции, будто бы сказывается её необыкновенный ум. И в самом деле, она была необыкновенно умна. Но гораздо умнее в разговоре, с глазу на глаз, когда она становилась такой, какой должна была быть в действительности, без раз навсегда принятой позы, без высокомерия и заносчивости, без стремления всех учить чему-то такому, что будто бы только ей и Мережковскому известно, — в разговоре с глазу на глаз, когда она становилась человеком ко всему открытым, ни в чём, в сущности, не уверенным и с какой-то неутолимой жаждой, с непогрешимым слухом ко всему, что за неимением другого, более точного термина приходится назвать расплывчатым словом «музыка».
В ней самой этой музыки не было, и при своей проницательности она не могла этого не сознавать. Иллюзиями она себя не тешила.
Это его право, потому что он легально зарегистрировался как кандидат, как кандидат-бойкот. Это, может быть, такая экзотичная форма. Это все должно быть сделано не так, как это делается, как делает наш великий, самый главный оппозиционер. Ничего лучшего, чем выпускать фальшивые листовки за моей подписью. Я считаю, что это низко и мелко.
Была без подписи любовь, разлука будет без печати.
Чем больше будет художников, которые рисуют не для услаждения глаза и укрепления веры, а ради денег и собственной славы, тем чаще мы будем сталкиваться с непотребством, назыаемым стилем и подписью.
С партийной политикой в ее старом виде надо завязывать. Она не подлежит никакой гальванизации.Поэтому сейчас я иду на выборы не от партии — хоть это и дало бы мне возможность собрать 100 тысяч подписей, а не 300. Но я не хочу бегать вокруг людей, вся полезность которых в том, что они — держатели лицензии. Эта лицензия не стоит ничего.
На плакате — лужа блевотины. Подпись: «в прошлой жизни я была водкой Финляндия
В Варшаве произошло восстание. На улицах этого города лилась кровь польских патриотов. О начале и намерении этого восстания мы не знали. Оно было спровоцировано Миколайчиком с той целью, чтобы до прихода советских войск в Варшаву сформировать правительство и тем самым поставить Советский Союз перед фактом. После того, как мы узнали о восстании в Варшаве, была спланирована операция. Операция оказалась неудачной. Жуков в своей книге пишет об этой операции, что к ней не имел отношения, что она проводилась по предложению Сталина. Прочитав книгу Жукова, я в Генштабе поднял материалы. Оказалось, что Жуков грешит искажением истины: там стоит его подпись.
Любая подпись хочет, чтобы её считали автографом.
С детей не затребуешь подпись на протоколе о неразглашении. Их не запугаешь. Память о родителях живёт у них в генах…
Своей подписью под "языковым" законом украинофобов Колесниченко-Кивалова спикер Литвин легитимизировал режим оккупации в Украине. Он освятил бандитские методы принятия решений в стенах парламента. Уже не работает ни Конституция, ни регламент, не нужно придерживаться любых законов или формальностей. Литвин подтвердил, что кагэбисты, как и коммунисты, бывшими не бывают.
Великие общества созданы людьми, ставившими крестик вместо подписи, и разрушены людьми, сочинявшими латинские стихи.
Верь людям на слово! Но слово должно быть заверено подписью и печатью.
И вечно одержимы жаждой
Поэты утверждать добро,
И подпись под стихами каждый
Привычно ставит, как тавро. Но те лишь вырвались в пророки,
Чьи взмывшие из под пера
Всегда узнать нетрудно строки
И без наличия тавра.
Лимонову псевдоним подходит больше фамилии, но только благодаря Бахчаняну, который придумал Эдуарду Савенко «высокопарную и низкопробную» фамилию.
Гордый изобретением, Вагрич требовал, чтобы каждую подпись Лимонов сопровождал указанием «Копирайт Бахчаняна.»
Только подумайте, товарищи: как у нас в стране арестовывают людей. Нам не надо ходить и собирать подписи. Вас арестуют, когда я подпишу ордер после консультации с комитетом по национальной безопасности нашей партии или с вышестоящим партийным органом. Но после того, как я его подпишу, хотите вы этого или нет, для вас все кончено.
Люблю тебя, как мальчишка,
По будням и праздникам тоже,
Читаю тебя, как книжку,
И думаю сам: О, Боже!
За что мне такое чудо?
И не нахожу причины.
Я просто рядом побуду.
И подпись: твой мужчина.
Но вы же не будете спорить, что Беловежские соглашения, которые были подписаны тройкой предателей в Беловежской пуще, проходил вопреки воли подавляющего большинства населения СССР, которое на референдуме 91-го года высказалось за сохранение Советского Союза. Если можно было в Беловежской пуще нарушить волю огромного количество людей, то в Крыму можно было с помощью людей восстановить справедливость. Я поддерживаю крымский референдум, потому что крымский референдум уничтожил беловежские соглашения. <…> Под Беловежскими соглашениями не было ни подписи Назарбаева, ни подписи Средней Азии, ни подписи Закавказских, между прочим, республик. Вот те, кто подписал — Белоруссия, Россия и Украина — между собой и выясняют отношения. Беловежские соглашения не были приняты подавляющим большинством населения ни России, ни Украины, и большинству принесли только горе и страдания.
Ахматову я знала очень мало. У меня была её красная книжка, вышедшая в 1958 году, но по этой книжке мало о чем можно было судить. Ну, поэт, более или менее великий. Я узнала потом мнение Анны Андреевны о ней и никогда не решилась её дать на подпись.
На плакате — лужа блевотины. Подпись: «в прошлой жизни я была водкой Финляндия [Слоган рекламы этой водки в России: «В прошлой жизни я была чистой родниковой водой»., "note"].»
Есть тысячи способов преуспеть в этой жизни, и один из них может быть отличным от других, может быть немного странным. И этот самый способ может быть наилучшим. Ненавижу, когда выделяющихся людей приземляют. Если бы я не выделялся, я бы не сидел над этой книгой [своей биографией]. Конечно, я не говорю: делай, как я! Пытайся быть Златаном! Нет. Я говорю о том, чтобы все шли своим путём, каким бы он ни был. Не должно быть никаких сборов подписей. Нельзя изолировать и оскорблять человека только потому, что он отличается от других.