Тяни одеяло, дели пироги: навязчивая потребность детей прикидывать в уме размеры наследства, которое достанется им после смерти родителей.
Всё – не проблема.
Да ничего вообще не проблема, когда ты готова решать.
Не жрать одеяло в отчаянии, не сидеть на кровати и пялиться в шкаф, но решать вопрос за вопросом.
Ничего не проблема, когда ты действуешь от…
правды.
От своей правды.
Нельзя же спутать Познера и Молчанова. Ну, нельзя. И изменить их нельзя. Это будет уже совсем другой человек. И Познер и Листьев — это разные люди. Разная реактивность. Познер очень много берет на себя. Он фактически — один из героев программы. Я всегда считаю себя на втором месте. У меня изначально другая позиция, потому что герой — это тот, кого приглашают. Или на "Тему", или на "Поле чудес", и так далее. Я никогда не тянул на себя одеяло и не буду тянуть.
Кто тянет одеяло на себя, тот будет спать один.
Каким превосходным доказательством могущества одеяния явился юный Оливер Твист! Закутанный в одеяло, которое было доселе единственным его покровом, он мог быть сыном дворянина и сыном нищего; самый родовитый человек едва ли смог бы определить подобающее ему место в обществе. Но теперь, когда его облачили в старую коленкоровую рубашонку, пожелтевшую от времени, он был отмечен и снабжен ярлыком и сразу занял свое место — приходского ребенка, сироты из работного дома, смиренного колодного бедняка, проходящего свой жизненный путь под градом ударов и пощечин, презираемого всеми и нигде не встречающего жалости.
Я своё отыграла в перетягиванье одеяла.
Мало кто знает, что сразу после дня осеннего равноденствия уют под одеялом, если его описать как разницу между температурой под одеялом и вне его, деленную на окукливаемость, начинает расти в геометрической прогрессии и превышать уют вне одеяла. К февралю он достигает таких величин, что работа по вытаскиванию взрослого, а тем более ребенка из-под одеяла, если выразить ее в джоулях на квадратный сантиметр голого или даже прикрытого байковой пижамой тела, становится равной… Короче говоря, многие не вылезают из-под одеяла до самого апреля. Если, конечно, время от времени приносить им в постель новые книжки, горячий чай и разрешать стряхивать крошки от печенья с простыни прямо на пол.
Россия – это разноцветное лоскутное одеяло. Всем тепло, но ощущения разные.
Когда человек отчаянно хочет проспать хотя бы ещё одну ночь в стылом бараке, на грязных деревянных нарах, без одеяла, зато с полчищем вшей, из-за которых придётся раздирать себя ногтями до костей, поразительно, на какие чудеса он становится способен.
Вдоль горного ручья, поросшего соснами, пройдись в одиночестве с посохом в руке. Замрешь и почувствуешь: облака наполнили складки ветхого халата. Подремли с книгой у окна, заросшего бамбуком. Проснешься и увидишь: луна забралась в истертое одеяло.
Дремлет Малыш, под одеялом темно
Я спал так крепко прошлой ночью, что не заметил как планета вращается вокруг своей оси быстрее тысячи миль в час. Я не слышал ни криков 120000 младенцев, родившихся между 10 вечера и 5 часами утра, ни стонов 50000 умирающих. Возможно какие-то мирные договоры были разорваны — я проспал и это. Если где-то падали бомбы на мирных жителей — я укрылся от этого подушкой. Мужчины и женщины целовались и их стоны были полны нежности, но час за часом я лежал свернувшись под одеялом, закрыв глаза — вдох и выдох, вдох и выдох.
Чтобы понять, как эти растения [тропические орхидеи] пахнут, нужно вскипятить виски и понюхать его, укрывшись с головой одеялом.
Проблема была в том, что у нас было только 4-трековое устройство и маленький драм-компьютер. До этого он обычно приходил ночью, поэтому мы пели под одеялом, потому что нам не позволяли быть громкими. Затем мы отправили демо-версию и сразу же выиграли. Нас было ещё четверо — Шнайдер, Олли, Тилль и я.
Не перетягивай одеяло на себя, а то еще отдадут, непонятно будет, что с ним делать.
Все предметы накрыло снежным покрывалом молчания. Слышно только то, что происходит внутри дома. Я заворачиваюсь в одеяло и ни о чём не думаю. Я испытываю радость и засыпаю, так и не поняв, для чего все эти дела делаются на свете.
У самой воды на клетчатом одеяле лежала Фаина. Её силуэт напоминал географические очертания Конго.
Ах, возьми меня с собой
туда, где лето,
туда где тёмно-синий прибой
стонет в объятиях ветра.
Туда, где можно тр@хать кого попало,
курить траву и ничего не делать,
туда где небо огромное одеяло
как будто разрисовано мелом.
Куда ментов вообще не пускают,
где солнце прыгает так высоко,
что даже глаз не хватает
увидеть как оно далеко.
Потом он снял с руки кольцо и отдал Данзасу, прося принять его на память. При этом он сказал Данзасу, что не хочет, чтоб кто-нибудь мстил за него и что желает умереть христианином.
Вечером ему сделалось хуже. В продолжение ночи страдания Пушкина до того усилились, что он решился застрелиться. Позвав человека, он велел подать ему один из ящиков письменного стола; человек исполнил его волю, но, вспомнив, что в этом ящике были пистолеты, предупредил Данзаса.
Данзас подошёл к Пушкину и взял у него пистолеты, которые тот уже спрятал под одеяло; отдавая их Данзасу, Пушкин признался, что хотел застрелиться, потому что страдания его были невыносимы.
… до трёх месяцев все дети совершенно одинаковы. Пожалуй, вы отличите мальчика от девочки и белое христианское дитя от чернокожего язычника, но чтоб можно было ткнуть пальцем в голого младенца и сказать: это Смит, а это Джонс, — чепуха! Разденьте их, заверните в одеяло, и, бьюсь об какой хотите заклад, вы никогда в жизни не скажете, кто из них чей.
..Я часто разговариваю с тобой на рассвете, когда день – очередная серийная короткометражка, еще находится в монтажном отделении режиссера всех времен и народов – Судьбы. Ранним утром, распахивая окно, я смотрю в небо, откидывающее черное махровое одеяло и наблюдаю за тем, как дыхание превращается в пар. Мне кажется, что только в это время я могу быть наедине со своей душой и белыми листами бумаги, которые покорно выслушивают мою историю жизни…
Вот женщина ведет куда-то мужа.
Седая полумаска на лице,
в руках бидончик — это суп на ужин.
Свистят снаряды, свирепеет стужа…
"Товарищи, мы в огненном кольце".
А девушка с лицом заиндевелым,
упрямо стиснув почерневший рот,
завернутое в одеяло тело
на Охтинское кладбище везет.
Везет, качаясь, — к вечеру добраться б…
Глаза бесстрастно смотрят в темноту.
Скинь шапку, гражданин!
Провозят ленинградца,
погибшего на боевом посту.
Недостаток того, что живешь один, в том, что никто не поможет тебе затолкать одеяло в пододеяльник.
Море, как тёплое шелковистое одеяло, окутывало моё тело и легонько покачивало его. Волн не было, только слабое, убаюкивающее меня подводное движение, пульс моря.
Я знаю, что считать, что что-то под моей кроватью, может схватить меня за лодыжку — это иллюзия, однако и я также знаю, что если я буду держать ногу под одеялом, ничто не сможет схватить меня за лодыжку.
Ночью, ложась спать, она натягивает на голову одеяло, чтобы спрятаться от жизни.
Павер Кастору Трою. Одеялом теплым тебя накрою. Когда не пою меня кроет, Обожаю мясо с кровью, кровью. Страпон входит в анус с болью (Ой!) Это как борьба бля с молью. За вами посуду мою, ношу насвай под губою. Бой с тенью, бой с тенью, Или игра с самим собою.
Первое декабря — Луноликая краса.
Сказание. Поэзия.В далёкой южной стране в маленьком городке живёт девушка одна.
Первое декабря, день её рождения.
Луноликая краса, изящна, стройна!
С зажженной, лампадкой всё псалтирь читала, о помиловании Бога умоляла. Она прекрасна, как луна, обаятельна, нежна. Расцветает всё вокруг неё,
одним словом, сказка она!
В лице её, с небес, льётся божий ручеёк маслянисто золотой — благословение, божье покрывало, Сила в ней и божья Мощь!
Первый день зимы, серебристой россыпью землю всю покрыла белоснежным одеялом.
В ясной ночи все тучи разогнала,
Солнечный блик лунным мерцанием серебристо-золотой нитью к югу путь ему освещала, с вьюгой ветряной по засыпанной дорожке, мчится с севера олень за мечтой своей, со звоном в сердце колокольным.
Девица южная, ещё какая нужная!
Вот вам Первое декабря — Луноликая краса!
Право — это узкое одеяло на двуспальной кровати, когда ночь холодная, а на кровати — трое. Одеяла не хватит, сколько его ни тащи и ни натягивай, и кому-то с краю не миновать воспаления лёгких.