Когда он не играл в теннис, не тренировался, не читал про теннис, он говорил о теннисе. В те времена кумиром теннисистов был Реншоу, и <он> до такой степени надоел мне этим Реншоу, что в моей душе созрела преступное желание как-нибудь исподтишка убить Реншоу и предать его останки земле.
Еще Кумиры; Кумиры обязательно; Кумиры и Духовные Учителя. Мудры и источают Сияние; Лиза, мне повезло, мои кумиры все сами меня находят, оказываются очень земными ребятами, красивыми, как и в телевизоре, но совсем другими — уставшими, дурашливыми, простыми как правда, боящимися одиночества, недоверчивыми, трогательными — Лиза, оказывается, люди себе и люди, и вместо того, чтобы сидеть и смотреть на них огромными влюбленными глазами и бояться пошевелиться, такие они Прекрасные — надо звать их бухать, и подстебывать, и ругаться, и привозить свои сплетни и гостинцы, нельзя никого Обожать, Лиза, это односторонний процесс, нормальные люди не знают, что делать с Обожанием в их адрес — стоят, пожимают плечами, улыбаются, ищут, куда глаза спрятать; неконструктивный подход, Лиза, никакого фанатизма, называй их по имени и говори «а что ж вы того не спели?», «маечка замечательная у вас», «а приходите в гости», ничего не бойся, Лиза, не умирай, все адекватные люди со здоровой самоиронией, все любят, когда с ними просто и по-человечески. Ничего не знала, хвостом ходила, в рот заглядывала, боялась молчать, боялась слово молвить — такие глупости все, никаких автографов, Лиза, никаких фотографий на память, такие же, как ты, просто работали вдесятеро больше и добились того, что хотели, а тебе только предстоит.
Куда девался бывший всенародный кумир? <…
Бог — это не кумир и не повальный целитель. Это Бог, и к нему неуместно применять обычные наши эмоции.
Мой кумир – папа. Все, что умею в хоккее сегодня, – благодаря отцу. Это счастье – быть сыном того самого Анисина. Номер два – Харламов. Я смотрел все суперсерии с 72-го года в записи. Под рассказы отца. А третий кумир – Павел Буре.
Нам объяснили, что исследовать внешний космос слишком дорого, а внутренний — слишком опасно, нас обещали сделать равными Богу, а превратили в занятое изнурительной и бессмысленной суетой стадо потребителей, поклоняющихся «кумирам на час».
Истины у меня простые, библейские: положи душу свою за други своя; не сотвори себе кумира; не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию.
Мы лепим своих кумиров из снега и плачем, когда они тают.
Я люблю слушать абсолютно все, но моими кумирами являются Элтон Джон и Кэрол Кинг. Так же мне нравится «Hall» и «Oates», «The Beatles», Стиви Уандер, Билли Джоэл. Ну и, конечно же, Сара Бареллис.
Самоуверенность — вот маска, которою прикрывается множество слабостей. Обычно некогда, да и нет охоты заглядывать под эту маску, и получается, что мы часто принимаем людей по их собственной оценке. Здесь же показная сторона – ничто; в счет идут только внутренние качества человека. В такой обстановке кумиры поневоле меркнут и их заменяют люди, обладающие скромным достоинством. Пыли в глаза не пустишь!
Шелом и царская порфира
Пред ним сияли: он кумира
Не замечал ни одного:
Свободомыслящая лира
Ничем не жертвовала им,
Звуча наитием святым.Любовь он пел: его напевы
Блистали стройностью живой,
Как резвый стан и перси девы,
Олимпа чашницы младой.
Он пел вино: простой и ясной
Стихи восторг одушевлял;
Они звенели сладкогласно,
Как в шуме вольницы прекрасной
Фиал, целующий фиал;
И девы русские пристрастно
Их повторяют…
Навальный временный кумир, особенно девушек в возрасте от 40 до 50.
Мода изменчива, самые шумные и слепые поклонники своих кумиров — самые неверные. Завтра у них будут новые идолы.
Молодежь смотрит на мир глазами своих кумиров.
Вы знаете, по-моему, все относительно, особенно успех. Тогда это была действительно моя удача. И прежде всего потому, что я снимался у своего кумира… ну а сейчас мы будем снимать «Воображариум доктора Парнаса.»
Славолюбивый человек служит игрушкой для умных, кумиром для глупцов, добычей для паразитов и рабом для собственного тщеславия.
Тогда только вера свята и истинна, когда она – вера в святую Истину, когда она – вера, принесенная на землю вочеловечившеюся Божественною Истиною, Господом нашим Иисусом Христом. Всякая другая вера, кроме веры в святую Истину, есть суеверие. Плоды суеверия – погибель. Такая вера осуждена Богом: ею веруют идолопоклонники в своих кумиров, мусульмане в лжепророка Магомета и коран, еретики в свои богохульные догматы и в своих ересеархов, рационалисты в падший разум человеческий. Ею будут веровать в антихриста его последователи.
На мой взгляд, нет ничего более отвратительного, чем благотворительность на показ. Я не верю всевозможным союзам и фондам, хвастающимся на каждом углу своей замечательной работой. Сколько существует в этом мире всевозможных организаций, номинально помогающим, скажем, престарелым и больным людям искусства? Да им нет числа. И при этом народные любимцы умирают в нищете и забвении. Только после их кончины, из на удивление быстро снятого телевизионного фильма мы узнаём о том, что свои последние дни они провели в одиночестве и без куска хлеба. Не знаю, как кому, а мне всегда становится страшно от этих фильмов. Страшно и больно. Как человек близкий к кино и телевидению, я понимаю, что эти репортажи никак не могут быть сняты, смонтированы и подготовлены к показу за один день. Значит, они делаются заранее — и кладутся на полку в ожидании своего часа. И вместо помощи и сочувствия при жизни ушедший народный кумир получает пышные многолюдные похороны с морем цветов и речей и сентиментальное кино о себе — вышедшее уже после его смерти…
Не сотвори себе кумира
Из невеликих мелочей —
Из обстановки и квартиры,
Из посещения врачей,
Из воскресенья и субботы,
Из размышлений о судьбе.
В конце концов, не в наши годы
Унынье позволять себе. Не сотвори себе кумира,
Ведя житейские бои,
Из неизбежных и унылых
Подсчётов прибылей своих.
И может, ты прошёл полмира
В исканьях счастья своего —
Не сотвори себе кумира
Ни из себя, ни из него. Не сотвори себе кумира
Из памяти своей земли,
Из тех бойцов и командиров,
Что до победы не дошли.
Из истин — выбери простые,
Что не подвластны временам,
И сотвори себе Россию,
Как сотворила нас она!
Кумир мой, вылепил тебя таким гончар,
Что пред тобой луна своих стыдиться чар.
Другие к празднику себя пусть украшают,
Ты — праздник украшать собой имеешь дар.
Мы говорим больше для тех молодых ребят, которые вместе с вами, которые вас любят, для которых вы кумир, чтобы они тоже побольше задумывались и иногда более критично глядели не только на так называемый кровавый режим, который вы обличаете каждый день, но в то же время и на вас, как на кумира.
И, как ни странно, с обожанием глядели на импозантного, чуть строгого, с малоросским выговором артиста не только зрелые дамы, но их мужья, дети и внуки. Одна из слушатальниц, Валентина Ивановна, даже прислала кумиру записку с длинным стихотворением — о том, что Ярослава Евдокимова в их семье любят уже много лет и считают добрым другом.
Чтобы обрести признанье в наше время,
Потребно честь и стыд отбросить, словно бремя.
Бесстыдство — вот кумир, кому подчинены
Все сверху донизу: сословья и чины.
Не делайте из ребёнка кумира: когда он вырастет, то потребует жертв.
В мире больше кумиров, нежели настоящих героев.
Вы знаете, по-моему, все относительно, особенно успех. Тогда это была действительно моя удача. И прежде всего потому, что я снимался у своего кумира… ну а сейчас мы будем снимать «Воображариум доктора Парнаса». Потом съёмки «Древа жизни», ну а потом… я просто рухну на землю замертво.
Я бью псалом и нахожусь в плоскости, твои кумиры — пустышки
И даже обнаружил у бактерий
Немало суеверий.
Ту каплю, где живут они,
Считают эти крошки центром мира,
Подобного себе придумали кумира,
Решили: капля их — важнейшее звено,
Погибнет мир с ней заодно…
Смешно? Но в сущности мы столь же эфемерны,
Масштабы же Вселенной непомерны,
И, право, не могу сказать я, чтобы
Мы, люди, значили в ней больше, чем микробы.
Никто никогда из культуристов не был для меня кумиром.
Юрий Владимирович Шевелев — предатель, дезертир, пособник фашистов в оккупированном Харькове. Вот он кумир Жадана, Варченок, Авакова и других.
Идеализировать — это значит переоценивать, возводить на пьедестал, создавать кумира. Любовь, созидающая и управляющая миром, отличается от идеализации тем, что она, по сути своей, бесстрастна, как это ни парадоксально звучит. Безусловная любовь — это чувство без права обладания, восхищение без поклонения. Другими словами, она не создает отношений зависимости между тем, кто любит, и предметом его любви. Эта простая формула поможет определить, где кончается чувство и начинается идеализация.
Она кумир, она эпоха, она глыба. Я написал честно, что очень хочу с ней поговорить. Причем, я написал письмо от руки на полторы страницы. Я очень люблю всякие ручки, бумажки. Я в Италии покупаю бумагу, такую обалденную, с тиснением.
Именно в эту пору, когда Хемингуэй завоевал журналы и издательства, сцену и кинематограф, русское общество начало охладевать к своему кумиру. Любовь к нему перестала быть личной, интимной, полузапретной, она стала общей, дозволенной, массовой, а не это ли верный признак угасания чувств? <…
Билла просили показать тату, он уходил от темы и т. п., а Том авторитетно заявил: — Там написано «Том — мой кумир.»
Ну я понимаю, что лет через 5-6 я перестану быть кумиром… для МАЛЕНЬКИХ ДЕТЕЙ.
Если честно, у меня два кумира — на разные случаи жизни. Когда я хожу в спортзал, мой кумир — Тарзан, а когда ем после шести вечера — Саша Цекало.
никогда не стесняйся своего кумира говори о нем горостью и плевать на мнение окружающих
Кумиры не должны разочаровывать своих зрителей — без них мы бы и наполовину не были такими, какими являемся.
С уверенностью могу сказать, что среди множества людей, с которыми мне довелось общаться, особое место занимает Марлен Дитрих, мой кумир, неподражаемая актриса и уникальная женщина, преемницей которой я мечтала бы стать.
У вас есть точно такое же количество часов в день, которые были даны любому вашему кумиру. Станьте тем, кем вы хотите быть.
Люди пылки и экспансивны, они хватаются за то и за другое, творят себе кумира, покоряются ему и привязываются к нему с такой страстью, которая исключает всё остальное.
Если бы я был Вашим кумиром, я бы помог Вам избавиться от глупой манеры иметь кумира.
Чтобы стать лучшим, не требуется подтверждение в виде красных дипломов и золотых медалей. Успешность не имеет ничего общего с количеством высших образований. Из бывших троечников вырастают кумиры и миллионеры, в то время как безупречный аттестат может так и остаться единственным достижением вчерашнего отличника.
…если есть в Одессе два популярных имени, то это имена бронзового Дюка, стоящего над бульварной лестницей, и Сергея Уточкина — кумира рыбаков, велосипедистов всех званий и возрастов, женщин, жадных до зрелищ, и уличных мальчишек.
Среди поколения, которое «вырастил Сталин на верность народу» — сколько же циничных, двоедушных, беспринципных людей, готовых предать вчерашнего кумира! И через тридцать лет они, члены КПСС, безропотно и единодушно поддержат тех, кто ликвидирует Советскую власть (а кто учил единомыслию–то Сталин, вот кто. И получил после смерти).
Кто ко мне позовет обитателей тесных могил,
Самых близких, погибших в расцвете здоровья и сил?
Разве я их узнаю при встрече, восставших из праха,
Если б чудом неслыханным кто-нибудь их воскресил?
Кто ко мне позовет их, завернутых в саван немой?
Разве в бездну могилы доносится голос земной?
Не зовите напрасно. Никто не приходит оттуда.
Все уходят туда — не ищите дороги иной.
Эй, живой человек! Посмотри на себя — ты мертвец.
Жизнь истрачена вся. Наступает обычный конец.
Седина — твой убор головной, ослепительно-белый.
Унеслась твоя молодость, время горячих сердец.
Твои сверстники умерли — ищут обещанный рай.
Обогнали тебя, обошли. Торопись, догоняй.
На земле для тебя, старика, ничего не осталось,—
Ни надежды, ни радости. Времени зря не теряй!
Собирайся в дорогу, пора. В вековечную тьму.
Путь последний тебе предстоит. Приготовься к нему.
Все имущество брось — и воистину станешь богатым.
Презирай богача — это нищий, набивший суму.
Собирайся, не медли, не бойся отправиться в путь.
Не надейся, что будет отсрочка, об этом забудь.
Поддаваться греховным соблазнам — постыдное дело.
Обуздай свои страсти и высшее благо добудь.
Тот, кто истину ищет, найдет путеводный маяк.
О слепые сердца! Прозревайте — рассеется мрак.
Удивляет меня горемыка, отвергший спасенье,
И счастливец, на время спасенный от всех передряг.
Удивляют меня беззаботно слепые сердца,
Что поверили выдумке: жизнь не имеет конца.
Новый день приближается — всадник на лошади белой
Он спешит. Может быть, это смерть посылает гонца.
Твоя бренная жизнь — подаяние божьей руки.
Неизбежная смерть — воздаянье тебе за грехи.
Обитатель подлунного мира, вращается время,
Словно мельничное колесо под напором реки.
Сколько стен крепостных уничтожил безжалостный рок
Сколько воинов он на бесславную гибель обрек!
Где строители замков, где витязи, где полководцы?
Улыбаясь, молчат черепа у обочин дорог.
Где защитники стойкие, доблести гордой сыны,
Чье оружие сеяло смерть на равнинах войны?
Где вожди, созидатели, где повелители мира,
Властелины вселенной? Закопаны, погребены.
Где любимцы собраний — о них не смолкала молва.
Словно заповедь божью, народ принимал их слова.
Где кумиры толпы? Стали просто комочками праха,
Сквозь которые ранней весной прорастает трава.
На престоле небес восседает предвечный Аллах.
Он карает, и милует, и обращает во прах
Непокорных глупцов, и на небо возносит достойных.
Он велик. Ему равного нет в бесконечных мирах.
Для любого из смертных он выделил долю его.
Кто посмеет судить справедливую волю его?
Ограждая от гибели, от заблуждений спасая,
Нас к единственной истинной цели ведет божество.
Остаетесь глухими, беспечно живете, друзья!
Подступают последние сроки, расплатой грозя.
Позабудьте соблазны — внемлите разумному зову.
Приближается время возмездия, медлить нельзя.
Безвозвратно ушедшие в лоно могильной земли!
В этом новом жилище какое вы благо нашли?
Все теперь вы равны, и у всех одинаковы лица,
Хоть по-разному вы к завершению жизни пришли.
Обитатель могилы! Забыл ты земное жилье.
Заколочена дверь в неземное жилище твое.
Даже с мертвыми, спящими рядом с тобой, по соседству,
Ты не вправе общаться. Проклятое небытие!
Сколько братьев своих я оплакал и в гроб положил!
Сколько раз я их звал возвратиться из темных могил!
Брат мой! Нам не помогут напитки, еда и лекарства.
Жизнь уходит, по капле бежит, вытекая из жил.
Брат мой! Ни ворожба, ни заклятие, ни амулет
Не спасли от погибели, не дали помощи, нет.
Брат мой! Как тебе спится на каменном ложе подземном,
Как живется в последнем убежище? Дай мне ответ!
Я пока еще жив, еле вынес разлуку с тобой.
Я горюю один над твоей безысходной судьбой.
Ведь кончина твоя стала смертным моим приговором.
Жду последнего дня — полумертвый и полуживой.
Плачет сердце мое, разрывается сердце, дрожа.
Припадаю к могиле, едва от рыданий дыша.
Брат мой милый, навеки ушедший, единственный брат мой!
Вспоминаю тебя — каменеет от боли душа.
В каждом письме к одной своей японской приятельнице я обычно рекомендую ей послушать то или иное произведение Брамса. Недавно она написала мне, что только что вышла из токийской больницы, куда её увезли на «скорой» после чересчур рьяного прослушивания моего кумира. Какое трио, какая соната послужили тому виной? Не важно. Только музыка, способная вызывать обморок, достойна того, чтобы её слушали.
Пора собраться за Круглым Столом и раскурить труп кумира.
— Трубку мира, — машинально поправил я.
— Ой, да шо найдёте, то и раскурите.
Я считаю, что современные дети не подчиняются многим правилам. Родители постоянно на работе; школа не всегда может рассказать о жизни; политики погрязли в коррупции и скандалах; спортивные кумиры сидят на наркотиках. Правила необходимы детям.
В детстве я верила в бога — пылко, как это бывает с подростками. Иисус был кем-то вроде кинозвезды, моим главным кумиром. Теперь церковь стала для меня как бы прибежищем, она дает мне чувство единения с людьми. Я могу не соглашаться с ее догмами и доктринами и тем не менее участвовать в церковных обрядах.
Потомство — это воображаемый кумир, которому фанатические обожатели славы приносят в жертву настоящее поколение.
Отдай мечте все силы — стань кумиром.
Недавние кумиры человечества уже отброшены, и вместо них неизбежно и справедливо встает понимание Религии, доблести и труда. …Во многих странах мы возмущались атеизмом и цинизмом, которые, прикрываясь ложным названием материализма, являются порождениями самого несносного темного невежества.