Когда я был ребенком, дамы и господа, я был мечтателем! Я читал комиксы — и был героем комиксов! Я смотрел фильм — и был героем фильма! Таким образом каждая моя мечта сбылась сто раз… Я очень рано в жизни узнал, что без песни не может заканчиваться день, без песни у человека не может быть друзей, без песни тебе никогда не покорится жизненный путь… Потому я продолжаю петь.
Фармера нередко упрекают в недостатке психологизма, неубедительности характеров. Это не совсем верно — скорее писателя можно было бы обвинить в излишней яркости душевных черт его героев. Это не картины душ, а комиксы, шаржи, психологические теории, облечённые литературной плотью.
<…> кресло главного анархиста американской НФ, которое он удерживал на протяжении сорока лет.
Национальные герои России — это всего лишь «комиксы», которые надо убирать в чулан и не показывать людям, уж тем более подросткам.
Утрата таких понятий, как «мораль», «честь», вкупе с квасным патриотизмом делает людей поверхностными, а нашу жизнь превращает в какие-то комиксы.
Жизнь — не развлечение, это сплошная скука. Вот почему я пишу картины, занимаюсь обманом. Настоящее — на холсте, там душа. Наверно, и с комиксами так же.
Я верю в того персонажа, которого мы выстроили. Я играю Оливера Куина с его собственными характерными чертами. Бен Аффлек не подражает Кристиану Бейлу, а Генри Кавилл не подражал Кристоферу Ривзу. Джаред Лето не подражает Хиту Леджеру, а Хит не подражал Джеку Николсону. Моя Стрела — это моя Стрела. Комиксный Стрела — это комиксный Стрела. Тот факт, что он теперь в комиксах выглядит как я — это просто прикольно. Но они могут продолжать писать его таким, каким захотят.
Я любила читать комиксы, когда была ребенком. Это было спасением. Они полны адреналина, это побег — побег от школы, от семьи, от всего.
Давайте говорить откровенно, современная молодежь совсем не интересуется историей или же интересуется ею очень мало. И то при условии интерпретации истории в виде компьютерных игр или каких-то комиксов… Это правда. И вы знаете об этом, и я об этом знаю. Но ведь, в конце концов, наше настоящее — это ничто иное, как повторение на другом уровне событий, уже когда-то происходивших. То же можно сказать о поступках людей, когда бы они ни жили. И во времена, когда ездили на телегах, и тогда, когда они пересели на автомобили, самолеты, практически ничего не изменилось. Ведь внутри человек остается тем же, а его духовные ценности являются важнейшим мерилом того, что человек в своей жизни может сделать.
Я не люблю комиксы, я люблю жизнь.
Так как советская гебня расстреливает только невиновных, храбрых и честных сажают, пытают, убивают без причины, логично, что в 1943 году остались лишь гопники. Теперь этот фильм превратился в комикс. Я не в курсе, на что рассчитывал Никита Сергеевич, но образ Росомахи в Великую Отечественную войну воспринимается как музыка из «Бенни Хилла» в Освенциме.
О, как они пытаются нас догнать! Просто выбиваются из сил, благослови господи их невинные сердца. А мы веселимся, наблюдая за этими попытками, и все больше опережаем их. Они пристально изучают наши комиксы, и знаете что? Тут они заметили, что мы используем много красного цвета в оформлении обложек. И решили, что этом наш секрет успеха, тут же добавив побольше красного на свои обложки. Как только мы увидели это, мы полностью отказались от красного цвета. И не только не потеряли покупателей, а наоборот — приобрели. Это буквально сводило их с ума.
Я планирую пить с тобой ром и колдрекс,
Строить жизнь как комикс, готовить тебе бифштекс;
Что до тех, для кого важнее моральный кодекс —
Пусть имеют вечный оральный секс.
Комиксы, как сиськи. Они прекрасно выглядят на компьютере, но лучше бы я держал их в руках.
Есть комикс, как Дэдпул убивает классическую русскую литературу. Вы хотели, чтобы такое экранизировали?
— Вы хотите, чтобы Дэдпул сражался против Достоевского? А что, было бы здорово! Но если говорить серьёзно, то русская классическая литература – это бесценно, и сняться в одном из романов русских классиков было бы большой удачей.
Жанр комикса – самый «кинематографичный».