Закон ценен не потому что он закон, а потому что в нем заключена справедливость.
Непристойность — это всё то, что повергает в ужас пожилого и невежественного судью.
Во Франции воины храбры, а судьи учены. В Риме судьи были храбры, а воины учены: каждый римлянин соединял в себе воина и судью.
(О футбольном судье Алане Уайли) Скорость игры требует от судьи быть в хорошей физической форме. Это требование футбола. За границей есть судьи, чья физическая форма как у собаки мясника. У нас тоже есть такие судьи. Но он не был готов к матчу. Ему понадобилось 30 секунд, чтобы достать жёлтую карточку! Он хотел передохнуть! Это было смехотворно.
Он нарушил закон, но все правильно сделал. Я бы, может, вообще его убил за такое оскорбление. И это было бы нарушением закона — меня посадили бы. Но у нас такие традиции и обычаи — о судье, избившем футболиста.
Заставьте самого беспристрастного судью разбирать своё собственное дело, и посмотрите, как он начнёт толковать законы!
Законодательство должно быть голосом разума, а судья — голосом закона.
Чрезмерно строгий судья часто осуждает того, кого сам закон оправдал бы, если бы он мог объясняться.
Дело судьи — истолковать закон, а не даровать его.
Дети — это завтрашние судьи наши.