Один аккорд — в самый раз. Два аккорда — слегка перебор. Три аккорда — это уже джаз.
Музыка рождается и льётся из души. Это наш Бог, наша религия. Внутри их душ нет истинной музыки. Они выёживаются и делают джаз за чьи-то баксы или за прелести смазливой бабёнки.
Сейчас это зовут роком, раньше это называлось буги-вуги, блюзом, ритм-н-блюзом… Названия могут меняться, но музыка, вдохновляющая разум и сердце, и даже твое притоптывание ногой в такт – все это здесь. Зови эту музыку рок, зови ее джаз, зови ее как хочешь. Если она заставляет тебя двигаться, или ты просто кайфуешь, она с тобой – навсегда.
Джаз — это музыка для знатоков, я бы даже сказал, для избранных.
Человек воспитанный играет так, как он воспитан. А мы люди невоспитанные и можем и джаз играть, и рок, и панк. Можем и минимальную музыку играть, и шумовую.
Джаз-оркестр под управлением Петра Гринберга и под дистанционным управлением Дюка Эллингтона.
Джаз — это мы сами в лучшие наши часы.
Подлинный джаз — искусство самовыражения. Самовыражения одновременно личности и нации.
Когда Луи Армстронга спросили, что такое джаз, он ответил так: «Если вы спрашиваете, то вам этого никогда не понять».
Я всегда любил музыку и с юности хотел присоединиться к оркестру или даже джаз-бенду. Но потом, в 15 лет, я увидел съёмку, как Джимми Хендрикс поджигает гитару на сцене, и я внезапно осознал, что музыка не обязана следовать правилам, а может быть полна хаоса.