Первый признак отыскания Истины – невыносимое желание всё рассказать.
Боишься ли ты умереть?
— Иногда мне кажется, что я боюсь жить. Жизнь — вот что меня пугает. А умирать легко.
Во время погребальной церемонии на кладбище Банье триста рекламщиков старательно пускали слезу; особенно усердствовали те, кто ненавидел Марка и давно желал ему погибели: они стыдились того, что их мечта сбылась, и одновременно прикидывали, кого же им теперь ненавидеть.
Обязательно должен кто-то умереть, чтобы окружающие начали ценить жизнь.
Вы как-то изменились с возрастом? Вы могли бы сказать, что раньше были «лучше, чище»?
— Нет, не мог бы. Я не изменился. Я лучше понимаю, чего я хочу, и лучше знаю, как этого добиться. Но то, чего я хочу, так же недостижимо. Это – совершенство. Есть старинный принцип: «Жить быстро, умереть молодым». Рок-н-ролльный такой. Умереть молодым не значит — умереть в раннем возрасте. Можно умереть молодым в девяносто восемь лет. Старость – это когда человек теряет интерес к жизни, замыливание восприятия. Человек должен быть мудрым, но не старым.
Всякое познание берет начало от разума и исходит от чувств.
Как я выйду из жизни? Где? Через какую дверь? Когда это случится? Буду ли я терпеть тысячи страданий, которые заставят меня умереть в отчаянии? Я теряюсь в этих мыслях и нахожу смерть столь страшной, что я больше ненавижу жизнь за то, что она ведет к смерти, чем за те шипы, которыми она усеяна.
Я ненавижу тех, кто двадцатью машинами, посменно, экипированный самой высокотехнологичной аппаратурой, выслеживает меня из-за моего же забора, кто выкрикивает имена моих детей, чтобы они посмотрели в их камеры…
Человек, который не желает умереть за что-то, не является зрелым для жизни.
Первый шаг к вечной жизни — это умереть.