Старость – это трагедия и, как говорит моя мама, большое свинство.
До старости я заботился о том, чтобы хорошо жить, в старости забочусь о том, чтобы хорошо умереть.
Страшно, когда тебе внутри восемнадцать, когда восхищаешься прекрасной музыкой, стихами, живописью, а тебе уже пора, ты ничего не успела, а только начинаешь жить!
Прекрасное родится и умирает; рождаясь, оно начинает как бы быть и растёт, чтобы достичь полного расцвета, а, расцветши, стареет и гибнет. Не всегда, правда, доживает до старости, но гибнет всегда.
Старость — это просто свинство. Я считаю, что это невежество бога, когда он позволяет доживать до старости. Господи, уже все ушли, а я всё живу. Бирман — и та умерла, а уж от неё я этого никак не ожидала.
Отсутствие опыта позволяет молодости совершать то, что старость считает невозможным.
Женщине всегда «всего только» восемнадцать, двадцать девять или тридцать шесть. Мужчина же наоборот, начинает думать о приближающейся старости чуть ли ни с юности.
Мне один человек очень хорошо сказал про живопись: вот если тебе туда очень хочется — то это и есть хорошая живопись. То же самое и с музыкой, и со всем остальным.
Старость-это не самое страшное,куда мучительнее доживать ее.
Человек живет воспоминаниями детства и мыслями о старости, если, конечно, ему больше нечем жить.