Кто-то из нас: просто мясо, которое скоро испортится.
Сложно разобрать, где солдат, а где ЕБАНАТ, СУКА!! СУКА, УМРИ!!
Рычу, как сука, ору, как кошка, скулю, как волк;
Довожу до крайности, до оргазма или до визга…
Даже если я вью из тебя верёвки, любимая, то лишь для того,
Чтобы потом не выбирать — чем удавиться.
«Эпитафия крикливому спорщику»
Ушёл ли ты в блаженный рай
Иль в ад, где воют черти, —
Впервые этот вздорный лай
Услышат в царстве смерти.
Сейчас без языка нельзя. Пропадёшь сразу, или из тебя шапку сделают, или воротник, или просто коврик для ног.
Сука я. И грустно мне, что я сука и никого уже не люблю. И не оправдание это, что любил. Курю и думаю упорно: «Сука, сука, точно что сука». И гляжу грустно в окно на почти итальянские облака над небоскребами. Кажется, кучевыми называются.
Сука я. И грустно мне, что я сука и никого уже не люблю. И не оправдание это, что любил. Курю и думаю упорно: «Сука, сука, точно что сука.»
Но они же пугаются! Они — люди — даже когда ты им четко готов задать алгоритм, тебе им еще надо сопельки вытереть — у тебя получится, ты сможешь, давай! А то они валятся на спину трупами сусликов — «ыыы, я не могу, жена, дети, призрак еврейской прабабушки. Вдруг я облажаюсь, и все скажут, что я дебил, нет я не смогу никогда». И не могут! Потому что ленятся, суки, усилие над собой сделать и смочь.
Когда мы одиноки, нам хочется найти правильного человека, чтобы засыпать с ним и просыпаться, но мы все такие суки, что, получив это, начинаем хотеть чего-то другого.
Парадокс: на первый взгляд — обычный кобель, а по жизни — такая сука…