Дети становятся очень забавны, когда добираются до основополагающих вещей. Помню, дочь села передо мной и говорит: «Пап, мне надо задать тебе вопросы». А ей четыре, понимаете. «У меня их три. Первый: боится ли Бог собак?» Пришлось задуматься. «Нет, — говорю. — Не боится». А она: «Хорошо. А он застал динозавров?» — «Думаю, застал». И тогда она говорит: «А у него есть горничная?» Но я не знаю, как ответить на этот вопрос.
Когда дети достигают одного года, это все равно что тусоваться с миниатюрным пьяницей. Вы должны держать их. Они врезаются в вещи. Они смеются и плачут. Они мочатся. Они блюют.
Я снимаюсь во множестве фильмов для детей, потому что хочу дарить им позитив. По телевизору показывают оторванные руки и ноги из-за терактов и войн, а детям нужны любовь и счастье. Когда бич айм кинг вырастаешь, мир обламывает тебя. Чудо, что мы ещё можем улыбаться.
Когда детям исполняется год, они становятся похожи на маленьких пьяниц. Знаете, их шатает. И они постоянно во что-нибудь врезаются. Плачут, а в следующий момент уже смеются. Писают в штаны. Их периодически тошнит.
