Ты стоишь тем меньше, чем дороже хочешь казаться.
Человек умирает, когда утрачивает способность удивляться и радоваться простым вещам. Всякая другая смерть смертью не считается.
Не каждый из тех, кто безгранично верит в свои силы, в конце концов побеждает, но тот, кто в них не верит, не побеждает никогда
Любить красоту и совершенство легко. Для того же, чтобы воспринимать человека в его трогательном несовершенстве и нужны терпение и любовь.
У каждого человека есть своя узда. Никто не избежит ее. Но у кого-то узда внешняя, а у кого-то внутренняя. И не факт, что внешняя узда хуже. Люди с внутренней уздой мучают себя куда больше.
Ненависть — это бомба. Которая разрушает прежде всего того, кто ее бросает.
Окупается только верность. Пурга иллюзий заметает путь.
Глюки уходят и приходят, а настоящие друзья остаются. Если же кто-то из друзей ушел, значит он тоже был глюк.
Однако человек с планом всегда находится в положении более выгодном, чем человек без плана. Хотя бы потому, что плывет куда-то сам, а его не швыряет волнами как пустую пластиковую бутылку.
Там, где для мужчины смысловая пропасть, женщина всегда переправится на резинке для чулок.
Благородство и чистота души не окупаются. Тебе нужны доказательства? Пожалуйста. Чьи потомки населяют землю: Каина или Авеля?
Каждый человек рано или поздно вынужден перешагнуть через разочарование, когда все кажется лишенным смысла. Если не сможет или не захочет перешагнуть — человека не будет.
Как всякий циник, в глубине души Эдя был идеалист и потому кусал мир, что он не соответствовал его размытым, неопределенным, но, вне всякого сомнения, величественным идеалам. Вот только становится ли мир лучше оттого, что несколько циников пинают его ногами, пытаясь разбить толстую, как у грецкого ореха, скорлупу и добраться-таки до ядра?
Не перетягивай одеяло на себя, а то еще отдадут, непонятно будет, что с ним делать.
Счастье — это вся жизнь, за вычетом несчастий и очевидных нелепостей.
Переживать имеет смысл, когда забота одна. Когда же забот вагон, ты просто однажды понимаешь, что едешь по ухабистой дороге, концу которой не предвидится, и расслабляешься.
Идеал: человек, который всю жизнь вечером живет радостным ожиданием завтрашнего дня, а, утром каждого следующего дня встает с твердым осознанием того, что этот день наступил
Чтобы понять себя, нужно первым делом разогнать всех, кто уже понял себя и лезет понимать других.
В сущности, самое распространенное бегство всякого человека — бегство от самого себя.
Не бойся идти не туда — бойся никуда не идти.
Уважение к чужим тайнам — непременное условие сохранения собственных.
Новость, которую знает один, неизвестна никому. Тайна, известная двоим, уже не совсем тайна, но есть хотя бы шанс, что она останется таковой.. Новость же, которую знают трое, известна всему миру.
Люди, которым доверяешь, постепенно становятся достойными доверия.
Лучше сделать что-то лишнее, чем не сделать чего-то важного.
Жизнь летит стремительно, как самоубийца с балкона
Хорошие люди всегда немного застенчивы. Только по этому признаку можно формировать окружение.
Человек, обиженный на мир, — это изначально отыгранная карта. Мир можно менять, но вот обижаться на него — заведомо дохлое дело.
Со слишком умными слушателями скучно иметь дело. Им кажется, что они все знают, и ошибаются.
По умолчанию ничего не бывает. Всякое новое счастье или даже просто покой нужно выстрадать и заслужить. По умолчанию человек только скатывается.
Идеал потому и идеал, что недосягаем.
Уклонение от страданий и поиск удовольствий — два простейших инстинкта эгоистического бытия. Однако всякое удовольствие, впавшее в крайность, чревато страданием, и всякому неглупому человеку это известно. Вот и получается, что человек едет где-то посреди проезжей части на равном удалении от обоих краев дороги.
Если нет сил гореть и разливать свет, то хоть не засти его.
В каждый конкретный момент жизни существует хотя бы одно препятствие, которое мешает расслабиться и ощутить себя счастливым. Бывает, что таких препятствий два или три, но чаще все же одно. Мелкое, досадливое, назойливое. У каждого оно свое и потому всякому другому кажется пустяком. Для кого-то это достающий одноклассник/однокурсник. Для другого — прыщи на лбу. Для третьего — пустой карман. Для четвертого отсутствие близкого человека или, напротив, слишком назойливое присутствие того, кто считает себя таковым. Кажется, если вот сейчас взять и отбросить это единственное, вытащить занозу, то жизнь станет праздником. Разве не так все устроено, что через каждые год-два все предыдущие проблемы становятся смешными, а те люди, которых раньше боялся, кажутся жалкими? И смешно, и досадно: неужели этот прилизанный толстячок, трусливо пропускающий все машины на дороге, — бывший начальник, отравлявший жизнь? А этот лысеющий и грустный мужчина с коляской, в которой сидит диатезный младенец — бывший жених, ушедший к другой? А сутулый и смущенный шкет, застенчиво сующий влажную ладошку, тот самый дворовый хулиган по кличке Ржавый, встречи с которым боялся настолько, что в собственный подъезд решался проскочить лишь под охраной взрослых? Но вот нет уже ни одноклассника, ни прыщей, есть деньги и близкие люди, но как по волшебству появляется какое-то иное препятствие, и от ожидаемого счастья тебя отделяет новая стена. И опять все как прежде. Кусаешь губы и вновь чего-то ждешь.
Пустым считается только то место, которое считает себя полным. У всех прочих есть шанс.
До чего же странное существо человек. Вся его жизнь — сплошное чудо, но как раз-то в чудеса он и не верит.
Самые глупые вещи говорятся всегда с самым умным выражением лица.
Ум не только в том, чтобы получить много знаний, но и в том, чтобы избежать лишних.
Люби других, тогда у тебя не будет времени жалеть себя.
В конце концов, многие люди не столько шутят, сколько выдают желаемое за действительное. У озабоченного — весь юмор вечно ниже пояса, пьяница шутит про выпивку, жмот — про деньги, ботаник — про Пруста и Бродского.
В мире… ничего не происходит случайно. Случайность — объяснение для дураков, которые не хотят думать.