Мы знаем себя лучше, чем знали обезьяны, но всё равно недостаточно.
В моих фильмах нет секса. Секс — это очень скучно, если только ты им не занимаешься.
Я жутко хочу играть на гитаре, и играю на ней жутко!
Они, конечно, все обременены мыслями о судьбах мира. И даже когда они пьяные, они только о судьбах мира и пекутся. Я не знаю, как они занимаются сексом — это для меня вообще загадка.
Иногда, занимаясь сексом на гитаре, можно извлечь из нее такие звуки, какие руками не извлечешь.
Работа для меня — мука. Не проходит ощущение, что я ничего не знаю. А с годами играть становится только труднее. Всё больше и больше сомневаешься. В себе самом. В умении своем. В профессионализме.
Я рассматриваю акустическую гитару больше как ударный инструмент. Она хрупкая. У меня нет изящества, когда дело доходит до моей игры на гитаре.
Гитара — это как хороший друг, легко перенести из комнаты в комнату, из дома в дом. Если вы играете на гитаре, вы полностью счастливы.
Я ничего не знаю о жизни, но я чертовски хочу жить.
Друг — это тот, кто тебя очень хорошо знает, но всё равно любит.