Я ведь не возражаю: правду ты найдёшь. Но не одну, а с нагрузкой. С таким маленьким обширным инфарктом. (из монолога «Полный покой»)
Но я вот что думаю: может, они берут, потому что мы все время даем?.. А если мы договоримся и вот им не дадим?.. Давайте хоть попробуем. Я знаю, многие же хотят, только некоторые боятся, что тараканы замучают.
Я вообще смерть не люблю серьезные рожи. Все думают, думают… Хрен ли думать? Все давно придумано. В жизни удовольствий не сосчитать.
Шёл я тогда, как всегда, весёлый. От Петрухи возвращался. Какая-то у него радость была. То ли он в отпуск ушёл, то ли от него жена ушла.
Если разобраться, холодная вода все равно, что горячая. Только она остывшая. (из монолога «Лифт»)
Туалетной бумаги нет — наждак есть!
Важно, чтоб один человек хотел понять другой человек. А то, бывает, люди на одном языке говорят, а понять друг друга не хотят.
Видал, на шоссе знаки стоят: «Осторожно, олени!». Почему осторожно? Потому что эти олени совсем озверели: на автомобили кидаются. Наш начальник поехал к себе на дачу на служебной машине. На шоссе выскочил олень – и на таран! Машина в гармошку, стекло – вдребезги, у оленя рога отвалились, а у начальника, наоборот, выросли. Совсем от этого зверья жизни не стало.
Нельзя являться на танцы женщинам в брюках, а мужчинам — без. (из монолога «Организованный отдых»)
Ведь это в школе нас учили, что надо строить хорошо, а жизнь меня научила, что надо строить досрочно.
Да, мужики, много у нас ненужного преподают. Одна литература чего стоит. Кто такой был Евгений Онегин и почему Аня Каренина попала под электричку?.. Ну хорошо, не помню я этого. Что я, хуже других живу? Ты посмотри у меня дома — цельная библиотека. Всех на полку поставил — и Гюгу, и Дюму, и Муму. Читай — не хочу. А что читать? Читать у нас любой дурак умеет. Ты попробуй достань. Вот тогда я скажу, что ты культурный человек.
Вот дуже гарный костюмчик. Фасон под названием «Я встретил вас и стал заикой».
Наши милые горничные, коридорные, этажные и трехэтажные! Спасибо, что вы следите за нашей моралью. Вы тратите на это столько времени, что вам уже некогда следить за чистотой. Объясните, почему гостям после одиннадцати нельзя находиться в номере, а тараканам можно?..
Кстати, преступность тоже есть. Правда, с моими деньгами её можно не бояться.
Товарищи, искусство сопровождает нас на протяжении всей нашей жизни, начиная с искусственного вскармливания и заканчивая искусственным дыханием.
Люди добрые! Почему ж мы так часто забываем, что мы добрые? Ведь вся наша жизнь – одна большая сфера обслуживания. Сегодня мы к вам пришли, завтра вы к нам придете. А жизнь коротка. Всех обхамить все равно не успеешь. Так, может, лучше и не стараться? А дать человеку чуточку тепла, немножко доброты, капельку внимания. Не навсегда дать, на время. Это всё вернется. Важно только начать. (из монолога «Люди добрые»)
Сигары курють, по хатам ходють, до мене пришли, и тут один говорит «Это что ж, говорит, и есть ваша вилла?». Я говорю «А як же. У меня, говорю, усе есть. И вилы, и грабли, и вон, говорю, коса у сарае стоить».
Вот они говорят, что человек произошёл от обезьяны. А кто это видел? (из монолога «Эх, наука…»)
Сколько сил в молодости было – вспомнить страшно. По сто килограмм мешки поднимал – и ничего. А сейчас сто грамм поднимаю – руки дрожат.
Они говорят: наш земной шар вращается. Всё, что на нём стоит, тоже вращается. За двадцать четыре часа совершает полный оборот, и какая вещь где была, обратно на своё место становится. Дом какой, учреждение или очередь за чем – как стояла, так и стоит. (из монолога «Эх, наука…»)
Так что не надо, не надо биться головонькой об стенку. Наши стенки на это не рассчитаны. Будешь биться головой о стену – разбудишь соседа в другом подъезде.
Один известный композитор из Прибалтики дачу себе купил на Рижском взморье. Чердак подарил одной известной певице. Чердак холодный, не отапливается. Вот она по чердаку бегает, бегает и кричит: «Я так хочу, чтобы лето не кончалось!».
Где твой энтузиазизм? Где твое «аля-улю»?
Поверьте, не за бюллетенем я пришел, а за советом. Ведь вас шесть лет учили в институте, что не каждый больной – симулянт и не каждая болезнь называется ОРЗ. Доктор, ну вспомните обо мне! Вы же пять минут назад сказали: «Не дышите!» Я уже синею. А вы все пишете, пишете…
Но как объяснить сыну: зачем надо учиться шесть лет вместо трёх месяцев, чтобы получать сто двадцать вместо двухсот пятидесяти?
Вот у нас в селе баню построили. Саму крупну в Европе. На пять тысяч голов. На шо нам така баня, коли у нас стильки голов умисти з рогатым скотом не буде?
Потому что это научный закон: всеобщая теория относительности. Кто где работает, тот это домой и относит. (из монолога «Три мнения по одному вопросу»)
Теперь уже у него два выхода: дать тебе по морде или съездить по физиономии. Выбор небогатый. Но, как говорится, чем богаты, тем и бьём.
Ну, тебя плохо покормили в столовой. Ну и что? Жив остался – и слава богу! Зачем сердиться на повара? Повар не виноват. Нельзя приготовить хорошую еду из плохих продуктов. А хороших продуктов у него нет. Он их давно домой унес. Потому что повар – тоже человек. Он не может есть то, что нам с тобой приготовил.
По селу ходят, в хаты заглядывают. Зашли и ко мне. Один говорит «Это есть ваша вилла?». Я говорю «А як же. У меня всё есть. И вилы, и грабли, и коса вон в сарае стоит.»
Помню, работа у меня не физическая. И не умственная. Может, я начальник?
Ведь это в школе нас учили, что надо строить хорошо, а жизнь меня научила, что надо строить досрочно. (из монолога «Школьные годы»)
Что же такое организованный отдых? Для чего он нужен? И как с ним бороться? Вот круг тех вопросов, которые мы рассмотрим в нашей беседе. (из монолога «Организованный отдых»)
Что такое искусство, как оно на нас влияет, можно ли без него обойтись и как это сделать — вот такой круг вопросов мы с вами должны обсудить.
Некогда мне с вами, побегу к подружке, сегодня уж точно обещала сказать, кто там Лещенко с Толкуновой. Брат и сестра или еще хуже.
Я такое средство знаю. Наше, отечественное. Лучше любого импортного. Вот послушайте. Надо в столовой, где я работаю, взять полпорции суточных щей. На ночь разбрызгать по всей квартире, и к утру от вас не то что тараканы, все соседи уползут.
Конечно, будущее не за горами. Его уже сейчас видать. Справку зайдёшь подписать — начальника нет, зайдите на будущей неделе. Рубашку в магазине захочешь купить — вашего размера нет, зайдите в будущем месяце. Путёвку на юг попросишь — сейчас нет, будем вас иметь в виду на будущий год. Вот так. Всё тебе в будущем и в будущем.
Вот они говорят, что человек произошёл от обезьяны. А кто это видел?
Смерть как не люблю серьезные рожи. Всё они думают, думают… А чего думать-то? Ну чего? Когда всё давно придумано. Вон сколько в жизни удовольствий! Не сосчитать. Хочешь — пивка попей, хочешь — козла забей, хочешь — радио включи на полную громкость.
Дегенерат – то же самое, что дурак, только с высшим образованием. (из монолога «Полный покой»)
Сознание я могу потерять, а сознательность – никогда! (из монолога «Лифт»)
Взять хотя бы эту песню — «Мой дельтаплан», слыхали? Паренёк поет такой кудрявый, в ночной сорочке. Что это за план такой — «дельта»? Я понимаю — «годовой план», «план по валу». Ну так вышел и пой — «Поднял меня под облака мой встречный план!»
Милый доктор, что вы там все время пишете? Оторвитесь на минутку, посмотрите на меня – может, вы меня видите в последний раз.
Пушных зверей все проходили?.. А вот когда мимо магазина проходили, шапки из этих зверей видели?.. То-то и оно! Как говорится, чижик-пыжик, где ты был, я твой внешний вид забыл. Куда эти шапки деваются?.. Этого нам в школе не объясняли. Да и что наш зоолог в этом понимает, если он сам всю зиму ходит в тебутейке из искусственной чебурашки? (из монолога «Школа»)
Важно, чтоб один человек хотел понять другой человек. А то, бывает, люди на одном языке говорят, а понять друг друга не хотят. из монолога «Друг «Радионяни»)
Главное – не подавать ребёнку дурного примера. И если так случилось, что отец злоупотребил по случаю защиты кандидатской диссертации или внедрения новой техники, лучше вообще не приходить домой, а переночевать в другом месте.
Я в искусстве разбираюсь не меньше каждого… У меня сестра до сих пор поет в хоре мальчиков.
Что мы только с ними [тараканами] ни делали – ничего не помогает. Наоборот, их с каждым днем все больше и больше, а нас с мамой все меньше и меньше.
«Постой, паровоз, не спешите, колеса, кондуктор, нажми на тормоза». Лев Николаевич Толстой. «Анна Каренина».