Я встал на сторону животных и с людьми делал только то, что они делают с животными
Человек — религиозное животное; единственное животное, которое любит ближнего своего, как самого себя, и перерезает ему глотку, если расходится с ним в богословских вопросах.
В каждой религии религиозный человек есть исключение.
Разница человека с животным именно в том и состоит, что он только начинается там, где животные уже оканчиваются.
Когда человек религиозен, он во что-нибудь верит, но еще вопрос, всегда ли и всякий ли верующий религиозен.
… Тогда же у меня возникла страсть к растениям, животным, камням. Я всегда готов был к чему-то таинственному. Теперь я сознаю, что был религиозен в христианском смысле, хотя я думал про себя: «Да, все это так, но есть нечто Другое — тайное, чего не знает никто…»
Животное от животного не отличается так сильно, как человек от человека.
Человек творит в своей жизни то, что он есть в религиозном измерении.
Всевозможные философы и религиозные деятели пытаются убедить своих учеников и последователей в том, что животные — не более, чем машины без души. Но любой, кто когда-нибудь держал у себя дома животное — будь то собака, птица или даже мышь, — знает, что эта теория — наглая ложь, выдуманная для того, чтобы оправдать жестокость.
Человек может быть или выше, или ниже животного. Но он не может быть животным. Это — выпадение из природы.